Южная Корея — страна Утренней Свежести

Страны

Климат в Стране Утренней Свежести

– Слушай, Ли, а нельзя нам с тобой поменьше пить? Может, как-нибудь на пиво перейдем или просто на чай-кофе?

– А зачем тогда встречаться? Мужчины – и чай-кофе?! Скажешь тоже!

Вот такой подкупающий своей откровенностью разговор состоялся однажды у меня с корейским другом-журналистом. Он по-дружески помогал мне, объяснял местные реалии журналистской работы, указывал на подводные течения корейской политики, но часто в процессе разговора мы почему-то доходили до состояния, когда начинали уже выяснять, кто кого и в какой степени уважает. Когда же я попытался минимизировать наносимый здоровью вред, то мой приятель раскрыл мне глаза на мир.

Выпивают ли корейцы? Однозначно! У них чрезвычайно развита культура потребления спиртного, существуют глубокие традиции и разнообразные ритуалы. Данный аспект жизни в Корее вызывает, наверное, самую бурную реакцию иностранцев, более-менее длительное время проживших в этой стране и активно общавшихся с местными жителями.

Даже если Корея исчезнет с лица земли, на свете останутся три корейские вещи – Ассоциация ветеранов морской пехоты, сообщество выпускников университета Корё и землячество провинции Кёнсандо». Эта шутка известна, пожалуй, каждому корейцу.

Корейцы в душе большие коллективисты и обожают создавать самые разные кружки по интересам, сообщества, общины. По находящимся вдали от родины корейцам это видно особенно хорошо. Выехав на более-менее длительное время за рубеж, они моментально образуют что-то типа собрания корейцев. Если такая ассоциация уже существует, то можно с уверенностью сказать, что кореец, даже не собирающийся каждый день участвовать в ее заседаниях, все равно обозначит свое присутствие в ней: приедет, зарегистрируется, познакомится. Так, на всякий случай или, если угодно, по привычке.

Сделать закладку на этом месте книги

Пожалуй, первым неучебным текстом на корейском языке, который мне довелось прочитать и, что немаловажно, понять, было висевшее возле библиотеки Восточного факультета Санкт-Петербургского госуниверситета объявление о том, что «начинает свою работу собрание корейцев СПбГУ, куда приглашаются все граждане Республики Корея». Это объявление появилось очень быстро после того, как в университет приехало несколько южнокорейских студентов.

Любое корейское собрание, будь то кружок по интересам или спортивная секция, несет в себе идею объединения: люди там должны быть хорошо знакомы, помогать друг другу и регулярно встречаться в свободное от основного увлечения время, которое стало формальным поводом для создания сообщества. Например, если вы ходите в секцию тэквондо в Корее, то будьте уверены – там регулярно станут устраиваться совместные вечеринки, походы в горы, поездки по стране. И обязательно накануне Нового года вы соберетесь с товарищами по секции и устроите ужин, где пропустите одну-другую рюмочку спиртного.

Корейцы обожают разного рода ассоциации, где борьбе за председательское кресло сопутствуют интриги, которым бы позавидовал мадридский двор. Каждый раз устраивается серьезная предвыборная кампания, кандидаты обзванивают избирателей, то есть членов кружка, или ходят по их домам. После выборов проходит новое собрание, где избранный председатель представляется «электорату».

Сообщества, клубы, собрания могут создаваться корейцами по самому разному поводу: от совместного чтения Библии и игры в китайские шахматы до прыжков с парашютом и фотографии. Как говорится, был бы повод. В каждом клубе вы встретите полный набор представителей исполнительной власти – председатель, заместитель, ответственные за разные направления деятельности (например, человек, на которого возложены обязанности поддержания контактов с членами кружка).

Регулярно, чаще всего раз в году, устраиваются вечера встреч со старшими товарищами, то есть с теми, кто раньше входил в кружок, но потом по объективным причинам покинул его. И «выпускники» обожают приходить на подобные встречи и рассказывать о «прошлых временах», даже если это было буквально пару-тройку лет назад.

Есть несколько обществ, членом которых обязательно станет среднестатистический кореец. Возьмем, к примеру, корейца, работающего на какой-то фирме. Абсолютно точно он будет состоять в сообществе выпускников своей школы и университета. Так как корейское среднее образование – это трехступенчатая система, включающая в себя начальную, среднюю и старшую школы, то может случиться и так, что у выпускников каждой из школ будут свои собственные ассоциации.

(Вообще, связи, даже с товарищами по начальной школе, корейцы поддерживают до седых волос.) Наш клерк обязательно войдет и в сообщество выпускников университета. Если окажется, что на фирме выпускников одного и того же вуза слишком много, то сообщество легко может расколоться на отдельные клубы, в которые войдут выпускники различных факультетов.

Скорее всего, наш клерк станет членом и земляческого объединения, особенно это касается приезжих. Добавьте ко всему этому разнообразные кружки по интересам, и вы поймете, что кореец без своих ассоциаций или собраний – и не кореец вовсе. «Три корейца – это четыре собрания» – так любят подшучивать над собой сами корейцы.

Особенностью зарубежной жизни корейцев в этом плане является то, что часто функции общин выполняют протестантские церкви с корейскими пасторами, которые целенаправленно стремятся «притянуть» к себе соотечественников. Люди туда ходят не только молиться. Они пропадают в церквях днями напролет, после молитвы следуют совместные обеды, потом можно и в теннис поиграть, и книжку тут же почитать, и с членами общины поговорить.

Часто доводилось мне слышать от готовящихся к долгой жизни за границей корейцев: «Первым делом найду корейскую церковь, если будет сложно – там помогут. А если на чужбине станет совсем невмоготу – просто буду каждый день в церковь ходить». Корейская церковь, как в самой Корее, так и за рубежом, – это полноценная общественная организация.

В целом все устроено достаточно удобно – знающие люди расскажут там об особенностях жизни в стране, вы познакомитесь с соотечественниками, которые оказались в такой же ситуации. Правда, сами корейцы признают, что многие идут по пути наименьшего сопротивления и постоянно проводят время в церкви, а тот же иностранный язык, ради изучения которого часто выезжают в другую страну, так и остается на прежнем уровне. Общение-то в церквях идет только со своими соотечественниками, а бытовые вопросы помогают решать более опытные члены общины…

Особой крепостью своих рядов в Южной Корее славятся уже упомянутые в самом начале раздела ассоциация морских пехотинцев, сообщество выпускников Корё и землячество провинции Кёнсан-до. В морскую пехоту набирают только тех призывников, кто сам изъявит желание служить: тянуть солдатскую лямку там тяжелее, но и почетнее. И узы военного братства корейцы п

отом укрепляют всю жизнь. Часто в Корее можно увидеть на машинах специальную наклейку: «Ассоциация ветеранов морской пехоты». Люди гордятся своей службой в этих войсках, сама же по себе ассоциация уже давно переросла уровень обычного собрания и приобрела характер какого-то полузакрытого монашеского ордена – свой устав, правила, регулярные собрания, взаимопомощь и проч. Если встретились два корейца и окажется, что оба служили в морпехе, – сто процентов, что они тут же начнут выяснять, какой номер набора был у каждого из них. Эти номера присваиваются группам в хронологическом порядке, так что чем меньше номер – тем раньше вы служили. И как следствие, тут же выстраиваются отношения «старый – молодой», даже если два года в армии вы отслужили лет двадцать назад. Как вы, наверное, уже поняли, тот, кого раньше призвали в морскую пехоту, будет говорить своему собеседнику, пришедшему в армию позже, «ты», последний же обязан говорить старшему товарищу «вы». Соблюдение строжайшей иерархии – обязательное условие. Тем не менее во «внешнем мире» эти люди совершенно точно будут друг друга поддерживать. «Став морским пехотинцем однажды – остаешься морпехом навсегда» – вот их официальный девиз. Ассоциация ветеранов морской пехоты, пожалуй, одно из самых сплоченных и иерархиезированных сообществ корейцев (даже ветераны спецназа как-то менее организованны). Глядя на них, понимаешь, по каким правилам функционируют другие общины. Может быть, в других сообществах нет таких по-военному строгих правил, но, без сомнения, везде присутствуют взаимопомощь и чувство единения.

От жителей Страны утренней свежести мне часто доводилось слышать такой вопрос: «А в Корее есть ассоциация россиян?» Когда я отрицательно мотал головой, то нередко слышал в ответ сочувственное: «Да, тяжело тебе приходится». А потом мне советовали создать ее и стать председателем этого собрания. А как же без собрания-то?

Говорят, что украинцы не могут жить без сала, русские скучают по черному хлебу, французам подавай сыр и вино, а вот «наркотик» корейцев – кимчхи. Это такая овощная закуска. В классическом виде представляет собой квашеную острую капусту. Но сортов кимчхи – как минимум несколько десятков. В одном из крупных подземных торговых центров Сеула есть даже отдельный музей, посвященный именно этому продукту.

Это как раз то, по чему корейцы больше всего тоскуют, находясь вдалеке от родины. Если хотите пролить чудодейственный бальзам на истерзанную скитаниями на чужбине корейскую душу, то привезите в подарок корейцу кимчхи с его родины. Они это оценят. Одна моя знакомая кореянка, которая два года изучала русский язык в Санкт-Петербурге, поведала мне, что она даже плакала временами, так как ей очень хотелось кимчхи, а в России ее найти нелегко.

Страна новых автомобилей

Во многом такое великолепное состояние дорог объясняется тем, что основной объем внутренних грузоперевозок приходится именно на автомобильный, а не на какой-либо другой – железнодорожный, морской или воздушный – вид транспорта. Главные транспортные артерии страны – скоростные платные автомагистрали, называемые «косокторо».

Интересно, что в свое время президента Пак Чжон Хи, который выдвинул идею широких платных шоссе, отговаривали от этой затеи все, включая специалистов Всемирного банка. Однако бывший генерал сказал, что хорошая экономика не может существовать без хороших дорог. Он оказался прав и сумел создать сеть качественных дорог, стать автором знаменитого корейского экономического чуда, утереть нос спецам из Всемирного банка.

На этих скоростных автомагистралях есть очень удобные зоны обслуживания «хюгесо» (дословно – «зона отдыха»): помимо заправок и туалетов, там неплохие столовые и рестораны, кое-где можно найти душ, места для сна и т. д. Сделано все качественно и добротно.

Вместе с тем, несмотря на прекрасные дороги и многоуровневые развязки, пробок крупные корейские города не лишены. Однако, как мне кажется, в Корее, какая бы ни была пробка, так или иначе она движется. Таких случаев, когда машины просто мертво стоят, бывает мало.

Южная Корея, как известно, является одним из крупнейших в мире производителей автомобилей.

Марки «хёндэ», «ссанъёнг», «киа», «дэу» хорошо известны и россиянам. Хотя общественный транспорт в Стране утренней свежести развит очень неплохо, корейцы все равно охотно покупают личные автомобили. В каждой южнокорейской семье, по статистике, есть одна, а то и две машины.

«В машине что-то стучит». А потом он все время стоит над душой, пока специалист возится и устраняет поломку. Немыслимо, чтобы клиент приезжал в автосервис со своими расходными материалами – фильтрами, маслом и проч. Если какой-то узел надо заменить, а его нет на станции, то тут же позвонят на ближайший склад и минут через 15–20 примчится юноша на мотоцикле и доставит необходимую деталь.

Наверное, и у нас рано или поздно так будет, а корейцам, по сути, и смысла нет становиться автослесарями-любителями, так как все без проблем сделают в автосервисе – выбирай любой. Кстати, при продаже подержанных машин распространенной в РФ фразы «обслуживалась только на сертифицированных станциях» вы не услышите.

Имея прекрасные дороги и неплохие автомобили, многие корейцы могут и полихачить. Но все равно они более дисциплинированные водители, чем наши соотечественники. В Корее я время от времени ругался на корейский стиль вождения, но по возвращении в Москву все же пришел к выводу, что они ездят поспокойнее, да и откровенных самоубийц за рулем у нас все же больше.

Однако смертность на дорогах – одна из реальных проблем Южной Кореи. Несколько лет назад страна была среди лидеров по количеству смертей в результате ДТП на тысячу населения. Почему-то очень рискованно корейцы водят огромные туристические автобусы. Бывало, едешь по скоростной автомагистрали, а тебя обгоняет такой монстр, битком набитый людьми, но при этом меняющий полосы и втискивающийся между другими автомобилями не хуже гоночной машины.

Точно так же автобусы носятся и по горным серпантинам. Неудивительно, что в Корее регулярно происходят аварии именно с участием больших автобусов. Стиль езды городских маршруток в Сеуле давно уже стал притчей во языцех среди иностранцев. Знакомый японец рассказывал, что некоторые туристы из Страны восходящего солнца специально приезжали в Южную Корею, чтобы получить свою порцию адреналина, покатавшись на сеульских автобусах.

Если говорить про стиль вождения, то корейцы могут проехать на красный, подрезать, но все же ситуация на дорогах далека от азиатского автомобильного кошмара, когда никто не пользуется поворотниками и все постоянно давят на клаксон. Корейцы спокойнее и дисциплинированнее многих, хотя некая расхлябанность присуща и им.

Может корейский водитель на нерегулируемом переходе и пешеходов не пропустить, и развернуться через две сплошные полосы, и на красный попытаться проскочить, если уж «очень надо». Особенно этим грешат таксисты. Один мой русский друг сказал, что они ведут себя так, потому что не боятся быть наказанными.

Превышение скорости – типичное для всех корейцев нарушение ПДД. Хотя, откровенно скажу, я их понимаю: имея такие прекрасные дороги, соблюдать даже максимально разрешенные 110 км/ч крайне непросто.

Характерные истории и споры по поводу женщин за рулем среди мужчин-водителей распространены здесь не меньше, чем в России. По моему наблюдению, типично женский стиль вождения в Корее – это езда в крайней левой полосе по скоростной магистрали со скоростью не выше 60 км/ч, когда все в среднем двигаются 120–140 км/ч. У мужчин-водителей тоже есть свои заскоки, но вот еле-еле ползти по самой левой полосе – отличительная же

нская черта. Хотя, конечно, нет правил без исключений.

Есть и свои общепринятые правила общения между водителями: захотел поблагодарить или извиниться – мигни пару раз аварийкой, просишь освободить полосу и пропустить – помигай «дальним светом», если позарез надо перестроиться – высунь руку из окна и помаши ей, как будто перекрываешь другим дорогу: в этом случае чаще всего пропускают (но не таксисты!).

Правда, корейцы не понимают, когда их пытаются на русский манер «воспитывать» на дороге. Допустим, подрезал вас кореец, а вы потом обогнали его – и резко по тормозам, а потом опять по газам, и снова по тормозам, и так несколько раз. Кореец, скорее всего, придет в недоумение: чего этот человек впереди рывками едет?

Извечная тема общения гаишников с водителями в Южной Корее постепенно теряет свою актуальность, так как постовых все чаще заменяют автоматические камеры. По крайней мере, именно они следят за нарушением скоростного режима. Превысил скорость – камера «щелкнула», и ищи через неделю в почтовом ящике фотографию своей машины с указанной разрешенной скоростью на данном участке, указанием на превышение и суммой штрафа.

Конечно, автолюбители не перестали контактировать с дорожной полицией в принципе, так как человека камерами в любом случае не заменишь. По моим впечатлениям, корейцы своих гаишников нисколько не боятся, могут легко повысить на них голос, когда те начинают выписывать штраф за нарушение. Про взятки, даваемые представителям транспортной полиции, я слышал, но крайне редко. В свое время и в Южной Корее эта проблема стояла очень остро, но с ней более-менее справились, повысив зарплаты полицейским и ужесточая наказания.

Ну а в целом ездить по корейским дорогам – одно удовольствие, это точно, хотя бензин там – один из самых дорогих в мире.

Для сельского хозяйства на гористом Корейском полуострове  остается совсем немного места,  поэтому коренное население бережно использует каждый метр равнины. Бережливость и аккуратность корейцев превратили маленькое государство (его площадь — 98,5 тыс. км2)  в «игрушечную» страну с идеально чистыми улицами, совершенно новыми автомобилями, ухоженными рисовыми полями и заботливо отреставрированными храмами.

Предисловие

Южная Корея - страна Утренней Свежести

Вот уже два десятка лет, как мы начали открывать для себя Южную Корею. По крайней мере, на официальном уровне дипломатические отношения с этой страной у Москвы были установлены в 1990 году. И что мы знаем про эту страну сейчас? Давайте сами признаемся себе: за исключением небольшого количества специалистов-корееведов для всех остальных россиян Республика Корея остается загадкой.

Практически в каждом нашем доме стоят телевизоры корпорации «Samsung», скороварки «LG», многие из нас ездят на «корейцах» – «хёндэ» и «киа», некоторые занимаются тэквондо, но что нам известно про саму страну и ее жителей? В лучшем случае, мы оперируем набором отрывочных и не совсем объективных сведений.

Очень часто мы не можем сказать, какая из двух Корей – Южная или Северная – капиталистическая, а в какой «живет вождь и солнце нации Ким Чен Ир». Немало и тех, кто считает, будто «все они там, на Дальнем Востоке» – китайцы, корейцы и японцы, – на одно лицо и мало чем отличаются друг от друга в плане характера и традиций.

Может быть, некоторым утешением станет тот факт, что и сами южные корейцы недалеко от нас ушли – воображаемая ими Россия не имеет практически ничего общего с Россией реальной. Россия для многих корейцев – страна вечной зимы, а русский человек без литра водки не может и дня провести, однако при этом как-то умудряется создавать разрушительные ракеты и заставлять весь мир аплодировать национальному балету.

Почему многие корейцы, стоит только с ними познакомиться, спрашивают про ваш возраст, кому сейчас принадлежит корпорация «Дэу», действительно ли мясо собак – национальное блюдо, хотят ли Южная и Северная Кореи объединения, да и вообще, почему Корея называется именно Кореей и как ее величают сами жители, к чему следует быть готовым, отправляясь с корейцами в ресторан или соглашаясь пропустить рюмку-другую?.. На эти, а также на многие другие вопросы я и постараюсь ответить.

Настоящая книга – своего рода квинтэссенция впечатлений, сложившихся у меня после того, как я в течение восемнадцати лет изучал эту страну и одиннадцать лет прожил в ней. Однако сразу хотелось бы оговориться: все, что здесь будет сказано про страну и ее жителей, относится только к Южной Корее, которая официально называется Республикой Корея и столица которой располагается в Сеуле.

Эта Корея капиталистическая, откуда к нам привозят машины, компьютеры, холодильники и многое-многое другое. Северная же Корея – это совсем другой разговор. Конечно, между Югом и Севером можно провести определенные параллели, но чаще всего страна Ким Чен Ира и идей чучхе сильно отличается от своего южного соседа, ведь и история, и религия там совершенно иные.

Олег Кирьянов Москва, 2009 г. 

Южная Корея на карте

Южная Корея — посмотреть увеличенную картуЮжная Корея почти со всех сторон окружена водой, длина её прибрежной линии – 2413 км. Жёлтое море омывает полуостров с запада, Восточно-Китайское море – с юга, Японское – с востока. Водными ресурсами занято почти 300 км2 площади республики.

Сухопутная граница — только с Северной Кореей, младшей коммунистической сестрой.

Глава VIОт изоляции к глобализации: «Хангугины» и «Вегугины»

От одной кореянки мне как-то довелось услышать: «Если соберутся трое и больше взрослых мужиков, то гарантированно через десять минут разговора они начнут друг другу армейские байки травить. А если они еще и выпивают, то эти рассказы затянутся до утра».

Да, в Южной Корее всеобщая воинская повинность. Армия весьма серьезная – около шестистапятидесяти тысяч человек, хотя в последние годы ее и стали сокращать. Всеобщий призыв – мера для Кореи вынужденная и неизбежная. Буквально в сорока километрах от Сеула проходит граница с Северной Кореей, с которой отношения на протяжении всей истории существования двух корейских государств были, мягко говоря, непростыми.

Корейская война 1950–1953 годов, если брать процентное отношение погибших к общей численности корейцев, сопоставима с Великой Отечественной для стран бывшего СССР. Да и в наши дни КНДР периодически любит поиграть «военными мускулами». Стычки на границе хоть и происходят не так часто, но все же случаются. Так что в целом вопрос о том, нужна ли Южной Корее армия, не стоит.

Потому-то каждый кореец по достижении призывного возраста идет выполнять «почетную обязанность» длительностью в два года. По большому счету молодежь отнюдь не рвется в войска и с удовольствием бы провела это время как-то иначе: в этом корейские парни очень похожи на наших молодых людей. Но закосить в Южной Корее вряд ли получится.

Говорят, что раньше, лет двадцать – тридцать назад, дети высокопоставленных чиновников и богатых бизнесменов при помощи связей могли порой уклониться от призыва, но сейчас эта задача близка к «миссии невыполнимой». В обществе в целом отношение к военной обязанности таково: конечно, армия – дело нелегкое, да и время придется потратить, но каждый мужчина должен отслужить.

Уклониться от армии в Корее сейчас можно только одним способом – быть признанным негодным по здоровью. Однако в итоге такой диагноз обойдется призывнику очень дорого. При приеме на работу в более-менее престижную компанию, не говоря уже о госслужбе, у вас обязательно выяснят, почему вы не отслужили.

И информация о проблемах со здоровьем существенно снизит вашу привлекательность для работодателя. Рассказы про то, что «удалось откупиться, а на самом деле все со здоровьем в порядке», в Корее не пройдут. Таких людей, во-первых, презирают, а во-вторых, легко могут сообщить про уклониста куда следует. Так что лучше отслужить.

Южная Корея - страна Утренней Свежести

Влиятельным людям вообще стало политически опасно что-то пытаться сделать для своих детей. При первой же политической баталии оппоненты все это раскопают, а избиратели не простят. Вот один хороший пример. В 1997 и 2002 годах на президентских выборах одним из двух главных претендентов на кресло лидера страны был бывший председатель Конституционного суда Ли Хве Чхан.

Человек кристальной честности, принципиальный… Однако решающим фактором на голосовании, из-за которого он в итоге так и не победил, стали подозрения в том, что его сын уклонился от службы в армии. Подозрения эти, кстати, потом не подтвердились. Тем не менее люди даже намеков на какую-то нечестность в таком важном вопросе не простили. Потому что для имеющих под боком более чем миллионную армию Северной Кореи южан слова «служит, чтобы родину защищать» не являются пустым звуком.

Есть и другой показательный пример. Парламентарии отказались одобрить кандидатуру одного политика на пост министра из-за того, что ее сын, как оказалось, имел американское гражданство. Возмутило не то, что отпрыск политика – зарубежный гражданин, а что таким образом, как подозревали, ребенка уберегли от тягот всеобщей воинской повинности.

Все известные звезды эстрады, актеры, спортсмены и прочие известные личности, достигнув призывного возраста, без исключения бреются налысо и дружно идут в военкоматы. Поблажек не делается никому.

Так что, по мнению корейцев, в армии надо отслужить по полной. Не очень любят, когда кто-то проходит альтернативные варианты службы – работает в государственных НИИ (для особо ценных научных сотрудников) или госучреждениях (когда есть проблемы со здоровьем). Над такими будут постоянно подтрунивать, называть халявщиками.

Южная Корея на карте мира

Сказать, что служба в корейской армии такая уж трудная, нельзя. Ранее многие говорили про дедовщину, но в последние годы за все случаи неуставных взаимоотношений взялись так круто, что «дедушкам» проявить свой норов крайне сложно. На моей памяти в 2006 году в Корее произошла трагедия, потрясшая общество.

Стоя в карауле, солдат расстрелял и забросал спящих сослуживцев гранатами. Парень объяснил, что к этому поступку его подтолкнула дедовщина. Однако солдата не били, а лишь, говоря по-русски, называли «тормозом» и «тюфяком». Этого он и не простил. Так что дедовщина в корейской армии минимальная. После произошедшего инцидента генералы с таким рвением стали улучшать условия службы солдат, что побывавшие с проверкой в нескольких частях журналисты в итоге написали большой материал под заголовком «Это казарма или пятизвездочная гостиница? Может, не стоит так баловать в армии…».

В общем, так или иначе все (или почти все) корейцы мужчины служат в армии. Естественно, что потом на гражданке они с большой охотой рассказывают друг другу различные истории из того периода жизни.

Кстати, побывавшие в армии россияне и корейцы очень быстро находят общий язык. Как показал опыт, корейцы прекрасно понимают смысл армейских шуток типа «копать отсюда и до обеда». Однако, посетовав на тяготы двух лет солдатской жизни, кореец, скорее всего, признает: «Может, время и потерял, но армию отслужить надо было».

– Привет! А ты знаешь, что мы с тобой родственники? – так неожиданно в метро начал со мной беседу совершенно незнакомый мне пожилой кореец. Сообщение для меня было, мягко говоря, необычное.

– Это как? – стараясь не смеяться, осторожно поинтересовался я.

– Ну разве ты не знаешь?! Вот ты откуда? А… из России. У российского государства сколько лет истории? Около тысячи. А корейскому государству пять тысяч лет! Это значит, что мы все вместе в Корее жили, а вы потом пошли в сторону Европы. Так что если очень далеко смотреть, то мы родственники. А это – твоя историческая родина… – начал было с энтузиазмом растолковывать мне дедуля, но от продолжения спонтанной лекции на тему «Происхождение человечества и миграция народов» меня спас подошедший поезд.

Тезис о «пятитысячелетней истории Кореи» уже давно превратился в Стране утренней свежести в аксиому, которую повторяют автоматически и в истинности которой не сомневаются. Что ж, прибавить своей нации несколько тысяч лет и потом начать сравнивать с окружающими народами, которые, как утверждается, менее древние, – любимое занятие националистически настроенных товарищей.

Еще по теме  Као Лак на карте Тайланда Достопримечательности на карте погода экскурсии отели

Не обошла чаша сия и Корею, где люди уверены в своей пятитысячелетней истории и гордятся ею. Почему именно пять тысяч лет? Все основывается на древнекорейском мифе о первом правителе корейского государства Тангуне. Следует подчеркнуть, что именно мифе, который, правда, в последнее время все чаще стали выдавать чуть ли не за реальное историческое событие.

Согласно преданию, Хванун, сын небесного правителя, сошел на землю в районе священной корейской горы Пэктусан (сейчас она располагается на границе между КНДР и Китаем) и женился на женщине, которая до этого была медведицей. Почему медведица и каким таким образом она стала человеком – разговор отдельный.

Так или иначе, Хванун и экс-медведица поженились, у них родился мальчик – Тангун. Мальчик этот спустился с горы Пэктусан и основал первое корейское государство. Отсюда, дескать, и пошла корейская страна. Путем крайне спорных расчетов было установлено, что Тангун стал корейским правителем в 2333 году до н. э.

Этот год и является годом официального появления на земле корейской нации. Когда же все как следует посчитали, то обрадовались. Оказывается, корейской государственности, если принять миф за историческую правду, чуть меньше четырех с половиной тысяч лет. Потом творчески округлили цифру до пяти тысяч лет, и вот вам тезис о «пятитысячелетней истории корейского государства».

Цифра эта понравилась корейцам еще и тем, что она в два раза больше, чем у главных исторических врагов, обидчиков Кореи, – японцев, которые, кстати, тоже посредством сказочных источников вывели «свои» два с половиной тысячелетия существования. А также история корейцев превосходит по длительности историю существования главного государства региона – Китая, – который великодушно наделяют тремя тысячами лет. Куда ни кинь, корейцы – самые древние. В общем, пять тысяч лет понравилось со всех точек зрения, так что этот срок приняли как аксиому.

Историки и археологи, которые подходят к делу с точки зрения не мифов, а фактов, определяют возраст корейской государственности от тысячи семисот (от эпохи начала периода трех корейских государств) до максимум двух с половиной тысяч лет, если считать древний Чосон протокорейским образованием, с чем, кстати, далеко не все согласны. В любом случае, никак не пять тысяч лет.

«Ну, честно говоря, доказательств пятитысячелетней истории нашего государства не существует, максимум две-две с половиной тысячи лет». И это его высказывание принималось как само собой разумеющееся. Однако через десять лет на той же радиостанции уже другой специалист походя заметил: «Вот наша история насчитывает почти пятьдесят веков…» Так что история создается на ходу.

Если раньше в корейских школьных учебниках истории подчеркивалось, что рассказы о Тангуне – это миф, а цифра 2333 год до н. э. – весьма условная, то несколько лет назад все указания на мифичность исчезли. История эта превратилась чуть ли не в доказанный исторический факт. При этом никого не смущает, что рассказ о браке сына небесного правителя с медведицей, мягко говоря, не тянет на объективное и достоверное повествование. Не беспокоит и то, что в мифе о Тангуне первый корейский монарх правил более тысячи лет… Пять тысяч лет – и все.

Олег Владимирович КирьяновНаблюдая за корейцами. Страна утренней свежести

Флаг Южной Кореи фото

Как известно, неофициальное название Кореи – Страна утренней свежести. Однако я бы назвал ее Страной вечных студентов. Может быть, я просто сталкивался с определенными людьми, но после одиннадцати лет, проведенных в Южной Корее, у меня сложилось впечатление, что корейцы либо учатся, либо только что закончили какие-то курсы и подыскивают новые для того, чтобы еще больше увеличить свой багаж знаний, развить навыки в той или иной области, получить немыслимое количество всевозможных сертификатов, свидетельств и прочих корочек.

Причем это касается не только тех, кто в силу обстоятельств должен проявлять рвение в учебе, то есть школьников и студентов. Нет, если кореец поступает на работу, то он тут же идет на курсы иностранного языка или компьютерной грамотности или готовится к сдаче государственных тестов, например на инженера-электрика… Идет время, наш кореец становится все старше и старше, скоро ему уже пора на покой.

Что же он делает? Берет и записывается, например, на курсы садовода. После же ухода на пенсию у любого корейца появляется масса свободного времени, которое он предпочитает тратить на учебу. Корейские бабушки и дедушки охотно записываются в разные кружки: от кружка игры на барабане до опять-таки курсов компьютерной грамотности.

Вузовский диплом в Южной Корее – это не обыкновенный листочек с печатями и оценками: его получение – важная веха в жизни каждого человека, главная цель, к которой стремится любой студент. Непременным условием не просто для успешной карьеры, но и для поступления на мало-мальски приличную работу стало получение высшего образования.

Вузовский диплом считается лучшим приданым как для мужчин, так и для женщин, хотя с последними еще лет пятнадцать – двадцать лет назад все было несколько иначе. Корейские социологи в ходе одного из исследований доказали, что, выбирая будущего спутника жизни, корейцы в первую очередь обращают внимание на образование и только потом на внешность и достаток.

Возможно, некоторые корейцы и захотят возразить, однако многим из них для создания семьи требуется непременно образованный супруг или супруга. Сохнуть можно хоть по симпатичной девушке-официантке из столовой, хоть по крепкому парню с бензоколонки, но вот создавать семью можно лишь с человеком, у которого на руках есть вузовский диплом. Конечно, жизнь вносит свои коррективы и далеко не все поступают подобным образом, однако абсолютное большинство корейцев к этому стремится.

Складывающаяся ситуация очень беспокоит южнокорейских социологов, так как начинается расслоение общества, зарождаются своего рода касты, когда выпускники престижных вузов ищут себе пару только среди себе подобных, а люди, закончившие лишь среднюю школу, практически не могут выйти за пределы своего социального круга.

Такая дискриминация сильно влияет на уровень зарплат. В Южной Корее лица с высшим образованием получают примерно в полтора раза больше, чем со средним, и примерно в два с половиной раза больше по сравнению с теми, кто не смог закончить среднюю школу. При этом год от года разрыв увеличивается. Как же после этого не стремиться отправить свое чадо именно в университет?..

Неудивительно, что в Южной Корее высшее образование очень востребовано. Хочешь более-менее преуспеть в жизни или найти хорошую невесту/жениха – марш в вуз. Потому-то сейчас три четверти от всего процента корейской молодежи так или иначе получают заветный диплом.

Дорога в вуз – это дорога в нормальную жизнь, так считает любой кореец. Подготовке к поступлению в университет подчинена вся жизнь корейца с самых юных лет. Честно говоря, корейских детишек порой становится просто жалко, ведь на их долю выпадают далеко не детские нагрузки. В последние годы усиленная подготовка к школе, а потом и к поступлению в университет начинается уже в детских садиках.

Вот типичное расписание корейского ребенка. Помимо детского сада или подготовительных классов школы он, как правило, ходит в несколько разных секций и кружков. Для девочек в юные годы чуть ли не обязательным считается пианино или скрипка, для мальчиков – тэквондо, футбол и проч. Неплохо, если и мальчики, и девочки станут также посещать дополнительные занятия по математике, иностранному языку. Вы спросите: «А как же гуляние, игры во дворе?» Да на это просто нет времени!

По мере взросления постепенно отпадают всякие спортивные секции и музыкальные классы. Исключение делается лишь для тех, кого целенаправленно отдали в спортивную школу или собираются готовить к поступлению в музыкальное училище, но таких детишек немного. У всех же остальных времени для всяких тэквондо – пианино не остается, ведь эти знания никак впоследствии не помогут поступить в вуз.

Их место занимают всевозможные «хагвоны», то есть частные курсы, где фактически преподают тот же набор предметов, что и в школе, – математику, иностранный и родной язык, иероглифику и т. д. Есть даже специальные курсы, которые помогают делать домашние задания. Кстати, мне не удалось найти среди моих знакомых тех, кто бы не посещал подобные дополнительные занятия.

Учебный процесс длится с утра и до позднего вечера и не прерывается ни на выходных, ни на каникулах. Выйдите примерно в десять часов вечера на улицы крупного корейского города – вы будете удивлены количеством школьников: их сразу легко опознать, так как все они одеты в форму. Если в это время вы попадете в кварталы, где сконцентрированы частные образовательные учреждения, то вас захлестнут волны школьников, выплескивающиеся на улицы.

Интенсивность учебного процесса увеличивается с каждым годом. Все эти меры нацелены на по возможности идеальную подготовку школьника к корейскому аналогу нашего единого госэкзамена (ЕГЭ), ведь от его результатов зависит дальнейшая судьба ребенка, а именно то, в какой вуз он попадет.

Однако все это – еще цветочки. Настоящий учебный ад для корейских школьников начинается в старших классах – непрерывная учеба, максимальное количество всевозможных курсов и вечное недосыпание… Вот он, удел старшеклассников Южной Кореи.

Как показали исследования, две трети учеников старших классов в Южной Корее спят менее пяти часов в день. Четверо из пятерых опрошенных признались, что днем их постоянно клонит в сон. У 84 % (данные на 2007 год) старшеклассников выявляются регулярные нарушения сна. Согласитесь, для молодого растущего организма это огромный стресс.

За день до ЕГЭ по всем каналам проходят серии репортажей, во всех газетах печатаются блоки статей, рассказывающих о том, как лучше с точки зрения психологии и медицины подготовиться к ЕГЭ: какой чай пить, сколько спать, что есть… Мне, например, запомнился здравый совет одного профессора: «Молодые люди, хоть в эту ночь выспитесь как следует, все равно за пару часов перед экзаменами вы ничего не выучите, зато вконец вымотаетесь». Увы, но далеко не все к этим советам прислушиваются.

И вот наступает кульминация – день, когда сдается ЕГЭ, совершенно особый период, который запоминается всем, кто побывал в Корее в это время. «Корея сдает экзамен» – такая фраза сразу приходит на ум. Сдача выпускников школы ЕГЭ – главная новость дня всех СМИ. Уже днем появляются первые предположительные оценки уровня сложности текущего госэкзамена, который сравнивается с тестами прошлых лет. Естественно, это становится одной из главных новостей дня.

Корейцы идут на беспрецедентные меры, призванные помочь школьникам как можно более комфортно пережить этот день. Например, к месту проведения экзаменов их доставляют не только особые группы таксистов, которые собираются заранее, – таксистам помогают госслужащие, владеющие собственными машинами. Если в этот день вам надоело стоять в пробке, то выскочите из автомобиля и крикните, что ваш сын опаздывает на ЕГЭ, – вам тут же уступят дорогу.

Южная Корея – страна небольшая, лежащая в одном часовом поясе, поэтому конверты с экзаменационными вопросами вскрываются везде одновременно.

Утром власти на полчаса закрывают все аэропорты страны и прекращают военные учения, если таковые были, – в это время проходят экзамены по аудированию (на знание иностранного языка), и не дай бог шум далекого самолета помешает расслышать заковыристое слово чужого языка. Поэтому извините, уважаемые зарубежные авиакомпании (местным объяснять всю важность момента не надо – сами понимают), но ваши самолеты приземлятся в этот день попозже – наши ребятишки аудирование сдают.

На родителей школьников в этот день просто больно смотреть. Они так волнуются, что начинаешь всерьез опасаться за их здоровье. Надо сказать, что накануне экзаменов мамы и папы молятся часами. (В храмах и церквах, кстати, распространена услуга: священник будет сто дней молиться за успешную сдачу школьником ЕГЭ.)

В этот знаменательный день во дворах школ многолюдно, так как ребята из младших классов обязательно придут поддержать своих старших товарищей. Однако тишина стоит гробовая – не дай бог помешать тем, кто к

орпит над заданиями теста.

И вот, тесты позади, теперь нужно подождать несколько недель результатов ЕГЭ и прикинуть, в какой вуз подать заявление. В это время по телевизору обязательно покажут нескольких школьников, которые ответили на сто процентов вопросов ЕГЭ, – это настоящие герои страны. Кто-то же, напротив, слишком много сил вложил в подготовку и чрезмерно расстраивается из-за неудачи.

Как это ни печально, но после объявления результатов по стране прокатывается волна попыток самоубийств – слишком велико разочарование некоторых. Власти пытаются помочь ребятам и посредством СМИ проводят идею, которая сводится к следующему постулату: «Ничего, главное, что вы старались, даже если плохие оценки получите, это еще не конец света, у вас вся жизнь впереди – и вы обязательно наверстаете упущенное».

Флаг Южной Кореи — инь и янь

В центре белого полотнища флага Южной Кореи расположен знак «инь-янь», верхняя часть которого – красного цвета, нижняя – синего. Центральный символ (по учению даосизма) отражает единое целое Вселенной.

По диагоналям между углами и центральным знаком изображены чёрные триграммы, состоящие из сплошных (янь) и разомкнутых (инь) полосок. В каждой триграмме заключена информация о сторонах света, стихиях и временах года. Значение триграмм, следующих по часовой стрелке от верхнего левого угла, таково:

  •    юг, небо, воздух, лето;
  •    запад, луна, вода, осень;
  •    север, Земля, земля, зиму;
  •    восток, Солнце, огонь, весна.

Значение цветов на флаге Южной Кореи:

  • белый цвет – национальный символ страны;
  • чёрный – бдительность, справедливость, стойкость и целомудрие.

Говорим «сонсэнним» – думаем «глубокоуважаемый наставник»

Пока известный вождь мирового пролетариата призывал всех «учиться, учиться и еще раз учиться», в Корее этот лозунг активно претворяли в жизнь. Более того, для многих корейцев он стал просто смыслом жизни.

Если вы скажете корейцу, что где-то учитесь, то в ответ сразу же услышите одобрительное: «Молодец, так держать, учиться – это хорошо!» И действительно, в Южной Корее учеба – это почетное занятие. Не случайно всевозможные учителя и наставники пользуются таким большим уважением. Даже если вы лет на двадцать моложе корейца, но по какой-то немыслимой причине оказались у него в учителях, то он почтительно будет называть вас «мой сонсэнним», то есть наставник, или, как говорят в Японии, «сенсэй».

Когда я был студентом-второкурсником Сеульского госуниверситета, ко мне однажды подошли трое студентов-аспирантов, каждый старше меня лет этак на десять. На ту пору я уже более-менее разобрался в местных порядках и обычаях, поэтому тут же вскочил со стула и вежливо поинтересовался, что уважаемым господам-аспирантам от меня надо.

(Поступать нужно именно так и никак иначе, если вы конечно же хотите играть по корейским правилам.) Те ко мне обратились, естественно, на «ты» и сказали, что хотели бы для общего развития позаниматься русским языком, попросив меня провести несколько уроков. Конечно, за занятия они обещали заплатить.

И хотя я знал, что один из них на следующий год собирается уйти в армию, а двое других отправляются на стажировку в США, меня их просьба совсем не удивила, ведь учиться в Корее нужно всегда и всему. Однако резкая перемена, произошедшая с ними после начала занятий, просто поразила меня. Если раньше они обращались ко мне на «ты», а я каждому из них мог говорить только «вы» и во время разговора мне следовало всячески подчеркивать свой более низкий статус и выражать почтение, то на занятиях все менялось – они обращались ко мне чрезвычайно уважительно, постоянно называя «сонсэнним», то есть наставник.

Ребята все были неплохие, с юмором, поэтому поначалу я решил, что они просто надо мной подшучивают. Но нет, я как-то совершенно случайно услышал, что и в разговоре друг с другом они называли меня «Олег-сонсэнним». Я попытался объяснить им, что подобное обращение не обязательно, но они решительно пресекли все мои попытки изменить ситуацию.

«Вы теперь наш учитель, никак иначе быть не может», – сказал самый старший из моих учеников. Конечно, далеко не всегда отношение меняется радикально, когда вас просят на некоторое время стать преподавателем разговорного иностранного, но это и не редкость. По крайней мере, на самих занятиях вы неизменно будете «сонсэнним».

Нет сомнений, что на общее отношение к учебе и прилежание корейцев в этой сфере очень сильно повлияло конфуцианство, которое во главу угла, помимо всего прочего, ставило знания. Другой вопрос, что в старину учеба часто сводилась к зазубриванию древних трактатов, составлению стихов и цитированию их при всяком удобном случае и без оного.

Тем не менее конфуцианство пустило глубокие корни в душах жителей Страны утренней свежести, и именно благодаря ему сформировались современные корейцы с их безграничной тягой к знаниям. Не случайно их соседи по региону – китайцы и японцы, – которые вместе с корейцами находились в ареале влияния этой доктрины, также славятся своим усердием и прилежанием.

Отсюда, кстати, и благоговейное отношение к наставнику, ведь в конфуцианстве названы пять основных типов общественных взаимоотношений: правитель – подданные, отец – сын, учитель – ученик и т. д. Учителя всегда были столпами корейского общества и пользовались безграничным уважением. В современном мире в этом плане мало что изменилось и статус учителей по-прежнему чрезвычайно высок: они могут рассчитывать не только на хорошую зарплату, но и на почтительное отношение окружающих.

В главном королевском дворце Южной Кореи Кёнбуккуне, на площади перед тронным залом, можно увидеть два длинных ряда столбиков, расположенных параллельно друг другу. Столбики эти обозначали места, на которых должны были стоять высшие чиновники, встречая монарха. Чем выше твой чин – тем твое место, обозначенное столбиком, будет ближе к трону.

первое всегда считалось в Южной Корее более почетным, чем второе. В этом плане Корея сумела обойти даже Японию и Китай, снискав неофициальное признание как «самая конфуцианская в мире страна», несмотря на то что учение это родом из Китая. Конечно, корейцы признавали, что и без талантливых военных, как солдат, так и полководцев, существовать нельзя.

Однако каждый отец рассуждал примерно так: если будет выбор, то пусть мой сын лучше станет преподавателем и научится толковать древние тексты, чем наденет доспехи и станет бегать в них по полям. Выучить пару страниц из священного трактата или сложить стихотворение по всем правилам, блеснув своими талантами перед окружающими, – это достойное и почетное дело, а раскидать мечом десяток врагов – так себе, тоже, конечно, неплохо, но… Короче говоря, ученым быть престижнее. И хотя сейчас многое изменилось в Южной Корее, учителя и ученые по-прежнему пользуются безграничным уважением.

Многие туристы, если не могут свободно говорить на языке страны, куда собираются ехать, стараются выучить хотя бы пару-тройку слов или расхожих выражений. Как правило, набор стандартный: спасибо, пожалуйста, извините, сколько стоит и т. п.

Стандартный диалог в подобных случаях выглядит следующим образом. Допустим, вы что-то купили, вам за это дали небольшой сувенир в подарок и вы хотите поблагодарить продавца. По-корейски «спасибо» звучит как «комапсымнида» (один из вариантов).

– Коман… копан… комапсам…комапсыднида, – выдавливает со смущенной улыбкой турист.

– А! Вы сказали «комапсымнида». О, как вы хорошо говорите по-корейски! – тут же обрадуется кореец.

Дальше, как правило после того, как вы исчерпаете свой корейский лексикон, начинается смесь языка тела, английского и прочих способов общения.

– Нет, что вы, я только пару фраз…

– Ну нет, вы правда хорошо говорите по-корейски, какой вы молодец!

В общем, хорошее настроение вам гарантировано. А то как же – сам кореец сказал, что я по-корейски хорошо говорю. Однако знайте, жители этой страны говорят подобные комплименты с легкостью, часто даже просто за попытку что-то произнести на их языке.

У меня был один приятель – кореец, специалист по синхронному переводу с русского языка на корейский и с корейского на русский. Как можно предположить, знал он русский замечательно. Однажды мне досталось два билета на представление гастролировавшего в Корее русского цирка. Я отдал билеты приятелю, чтобы он сходил со своей подругой.

Самым большим впечатлением, которое он вынес после этого культурного мероприятия, было то, что «российские артисты цирка замечательно говорят по-корейски». Выяснилось, что циркачи выучили три фразы: «добро пожаловать», «большое спасибо» и «здравствуйте». Этого хватило, чтобы корейский лингвист-профессионал стал совершенно искренне их расхваливать.

В общем, будьте готовы столкнуться с потоком комплиментов, если произнесете хотя бы пару слов на корейском. Забавно, но поначалу многие начинающие студенты-корееведы прямо-таки летают от счастья, когда слышат подобные похвалы, пока не осознают, что для корейцев это все не более чем дежурный комплимент иностранцу.

Если же корейцы вправду считают, что ваш уровень владения корейским высок, то они, скорее всего, скажут: «Вы действительно хорошо говорите по-корейски». Слово «действительно» (на корейском звучит как «чинчча» или «чонмаль») будет при этом выделено. Либо могут сказать: «У вас очень точные произношение и интонация», «Вы говорите как кореец», – это уже можно воспринимать как более-менее реальное признание ваших лингвистических талантов.

Интересно, что корейцы зачастую достаточно неожиданно реагируют, когда сталкиваются с бегло говорящим по-корейски иностранцем. Девушки могут начать смеяться, а потом, еле переборов себя, скажут: «Нет-нет, не обижайтесь, просто никогда не сталкивалась с иностранцем, который так хорошо говорит по-корейски».

Вполне возможно, что собеседник впадет в ступор и станет смотреть на вас с искренним изумлением, как на экзотическое животное. Если вы что-то спросили на корейском, то не ждите скорого ответа – вас будут разглядывать с раскрытым ртом. А потом уже, в свою очередь, закидают вопросами: где учились, откуда приехали и т. д.?

Любопытно, что изумление вызывают у корейцев не только белые иностранцы или, но и как сейчас говорят, афроамериканцы. Если же по-корейски хорошо говорит представитель стран Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока или этнический кореец-иностранец, для которых овладение языком также требует немалых усилий, то это почему-то никого не удивляет.

Где остановиться — отели Южной Кореи

Отели в Южной Корее имеют классификацию, которую присваивает Национальное агентство: от третьей категории до «суперлюкса». К слову сказать, резких различий в плане комфорта и уровне обслуживания практически нет. Обслуживающий персонал всех без исключения отелей и гостиниц очень приветлив и вежлив, а его сотрудники всегда придут на помощь своим клиентам в решении любого вопроса, связанного с размещением, и справочной информацией. В элитных дорогостоящих отелях весь персонал безупречно вышколен.

Вообще, Южная Корея очень гостеприимная и дружелюбная к аккуратным и вежливым гостям страна.  Поэтому не теряйте времени, запасайтесь хорошими манерами ))))), и вперёд!

Или просто вернитесь на главную страницу.

Вопрос количества и качества

Однако у мощной образовательной системы Кореи есть и оборотная сторона. В целом корейцы учатся больше других народов и больше значения придают получению вузовского диплома. Но часто все образование заключается лишь в механическом зазубривании огромных объемов информации. Потом заученное необходимо просто донести в голове до ЕГЭ или какого-либо другого теста и выплеснуть на бланк или преподавателей.

После этого знания становятся уже не нужны и полученную информацию можно забыть. Корейскую систему образования обвиняют, и во многом справедливо, в том, что она не стимулирует развитие оригинальности мышления, а лишь помогает хорошо развить память. Во многом, как видится, эта ситуация предопределена конфуцианской системой образования, где акцент делался именно на зазубривании древних священных текстов, подходящие куски которых надо было уметь процитировать в нужное время.

Много ли корейцы учатся? Да, много! Усердны ли они? Абсолютно! Их самоотверженность в этом плане просто поражает. Однако само качество знаний оставляет желать лучшего. Впрочем, об этом они и сами знают.

Не стоит забывать и о том, что все эти кружки – курсы – дополнительные занятия, которые сопровождают корейца всю его сознательную жизнь, с самых юных лет и до старости, попросту лишают его возможности развиваться в социальном плане: нормально общаться со сверстниками, приобретать необходимые для повседневной жизни навыки, то, что называется жизненным опытом.

Часто взрослые корейцы производят впечатления великовозрастных детей. Мои рассказы про то, как мы в школе с классом периодически ходили в походы, как у нас во дворе спонтанно – а не в рамках специально созданного кружка! – появилась хорошая футбольная команда, с игроками которой я до сих пор общаюсь, корейские студенты слушали с завистью. Ведь у них попросту не оставалось времени на развлечения, так как приходилось готовиться к поступлению в вуз.

Корейцы сами осознают свои ошибки, признают, что в погоне за самым лучшим дипломом немало теряют, что даже в США, на которые многие корейцы смотрят как на идеал, школьники пользуются намного большей свободой, но все равно идут прежним путем. В СГУ у меня было больше всего друзей с факультета физкультуры – они активно занимались не только уроками, но и спортом и были раскрепощеннее своих сверстников.

При этом они не были необразованными глупцами, иначе бы просто не попали в корейский вуз номер один. Им хотя бы не надо было готовиться, например, к пресловутым экзаменам с целью получить пост дипломата, а такой подход к образованию оставлял время на что-то еще помимо учебы – на те же походы в горы, совместные выезды на горнолыжные курорты и проч.

Правда, следует отметить, что служба в армии многим корейцам помогает встряхнуться и посмотреть на жизнь с другой стороны, в том числе и пообщаться со сверстниками, которые не так сильно в свое время налегали на учебу. Хотя и в армии теперь царит культ образования. Студенты, пришедшие в вооруженные силы на два года, могут не только солдатскую лямку тянуть, но еще и какие-то лекции прослушивать, сдавать экзамены, чтобы не терять даром времени.

В университете, как уже говорилось, некоторые немного снижают темп образовательной гонки. Например, однажды мне в руки попались результаты исследования Института образования университета Корё. Согласно его данным, более половины студентов корейских вузов не занимаются и часа в день, лишь каждый пятый – два и более часов.

Еще по теме  14 лучших парков Санкт-Петербурга - фото с названиями и описанием карта

Но, как ни крути, студенческие годы – это своего рода передышка перед поступлением на работу в фирму. А потом снова учеба после окончания рабочего дня, чтобы не сойти с дистанции, «быть на уровне»… Корейцы сами осознают, что часто их стремление всю жизнь получать образование переходит границы разумного, но изменить свой менталитет у них пока не получается.

По-прежнему везде царит культ знаний. Не заработаешь очередную «корочку» – повысят по службе другого; сдашь плохо экзамен по английскому – уволят из фирмы, несмотря на все прежние заслуги. Потому-то детям только и остается, что с самых ранних лет пропадать допоздна на курсах и дополнительных уроках. Их родители во многом действуют так же, только при этом несут на себе еще и бремя семьи, работы, всевозможных житейских забот.

2. Трудолюбие по-корейски

Разные международные научные институты и организации периодически проводят исследования, пытаясь выявить самые трудолюбивые нации. Категория достаточно расплывчатая, но так или иначе сделать какие-то выводы получается. И практически всегда в первую тройку попадают южные корейцы, а часто они и вовсе занимают почетное первое место.

Трудолюбивы ли корейцы в действительности? Бесспорно. Южнокорейская экономика – лучшее тому доказательство. Лет тридцать назад страна была одним из беднейших государств мира, главными статьями экспорта являлись парики, фанера и морепродукты, доход на душу населения составлял менее ста долларов. А что теперь?

Тринадцатое место в мире по валовому национальному продукту, заслуженная слава одной из наиболее технологически развитых держав, а корейские автомобили, компьютеры, электроника, дорогая продукция нефтехимической промышленности экспортируются практически во все страны мира. Опыт Республики Корея по модернизации страны признан одним из наиболее удачных. Западные эксперты ставят это государство в пример тем странам, которые пытаются выбраться из нищеты.

Такой успех объясняется сочетанием ряда факторов, включая мировую экономическую ситуацию и помощь других стран, но, пожалуй, главнейшая составляющая этого прорыва – именно корейское трудолюбие, готовность прилежно, усердно, качественно работать днем и ночью, получая при этом небольшую зарплату. Так что у корейцев трудолюбия не отнимешь.

Конечно, сейчас времена несколько другие. За гроши корейцы работать не будут, на самые тяжелые и опасные работы приглашают граждан ряда стран Юго-Восточной Азии, Китая, Непала, Бангладеш и других. Но все равно корейское трудолюбие никуда не делось.

Возьмем, к примеру, сотрудников корейских фирм. Как вы думаете, какой у большинства корейцев ежегодный отпуск? Четыре-пять рабочих дней у сотрудников фирм и семь – у госслужащих. Две недели – это предел мечтаний рядового корейца, такой отпуск получают только сотрудники корейских представительств зарубежных компаний.

Да и то даже эти четыре-пять дней могут попросить отгулять в два захода, чтобы «дырка не образовывалась», а то другие сотрудники не выдержат дополнительной нагрузки, которая станет для них непосильной. Когда я говорил, что в России, как правило, отпуск длится месяц, многие корейцы мне просто не верили. Как же можно так работать? Взять и не появляться на рабочем месте целый месяц? Корейским служащим такой подход понять очень трудно.

До недавнего времени практически во всех корейских компаниях была шестидневная рабочая неделя. Правда, в субботу работали все-таки половину дня либо субботу через субботу, но все же… Во время правления президента Но Му Хена (2003–2008 годы) государство взялось облегчить непосильное бремя своих граждан и призвало фирмы ввести пятидневную рабочую неделю.

Эту кампанию начали с госслужащих, которым запретили приходить на работу в субботу. Однако в частных фирмах сотрудники по-прежнему работали по шесть дней (если быть точным, по пять с половиной). Только после того, как правительство стало давить на бизнесменов, прося, требуя, намекая на целесообразность введения пятидневки, начались хоть какие-то подвижки, пусть и со скрипом.

Да и то, какой вой подняли бизнесмены и всевозможные эксперты! Говорили, что в «наш век безграничной и жесточайшей конкуренции» нельзя давать слабину, а действия правительства подрывают конкурентоспособность корейской экономики. Однако мало-помалу многие компании, правда далеко не все, перешли на пятидневную рабочую неделю.

Аналогичная ситуация сложилась и с длительностью рабочего дня. Корейцы – одна из тех наций, которые не считают зазорным задерживаться на работе. Формально рабочий день в Корее длится, как и в большинстве стран, с девяти утра до шести вечера, с часовым перерывом на обед. Это формально, но в реальности сотрудники часто перерабатывают по нескольку часов каждый день.

тобой не так. Даже если все успеваешь сделать – неважно, в жизни обязательно должен быть тот самый «косэнь».

Наверное, вернее будет сказать, что для корейцев сам по себе факт старания важнее результата. Я это почувствовал на себе, когда учился в корейском университете. Особенно на первом курсе было непросто – система обучения иная, специальность другая, все на иностранном языке (тем более далеко не самом для русского человека простом).

Но часто мне ставили оценки выше, чем заслуживал, так как я по-настоящему старался. Что плохо получилось – это ладно, со временем все придет, главное – стараешься, остальное приложится. Именно так мне сказал один раз ассистент профессора, выдававший проверенные работы: «Молодец, много старался, нелегко ведь на корейском языке все изучать?!

Но ты стараешься, это профессор ценит». Мне поставили, если проводить аналогию с российской системой оценок, четыре с минусом, хотя, как я потом сам понял, справедливой оценкой стала бы двойка с плюсом. Были, конечно, и преподаватели, которые не делали скидки на мое иностранное происхождение. Они-то от души ставили мне неуды, особенно на первом курсе.

Тем не менее я осознал основную идею корейского образования: главное – старайся, а результат придет. Что ж, определенный смысл в этом, наверное, есть. Рано или поздно время поблажек пройдет, и придется отвечать по всей строгости, а на первом этапе чрезмерной принципиальностью и требовательностью можно отбить у человека всякую охоту стараться в дальнейшем.

Такая же система действует и на фирмах. Не получается что-то, тебя постигла неудача – ничего, ты же работал честно. Результат сам по себе не так уж и важен. Допустим, ты не спал всю ночь, готовил какой-то доклад или отчет, но, как выяснилось позже, твое творчество оказалось полной ахинеей. Однако если окружающие узнают, что ради этой работы ты не спал всю ночь, то непременно похвалят – свою порцию «косэней» ты с лихвой получил, а доклад при таком усердии рано или поздно получится. Это один из основных корейских принципов.

Корейцы способны в течение долгого времени кропотливо и терпеливо работать. Даже если заниматься они будут механической, нудной работой. Многие корееведы считают, что такая черта у корейцев появилась благодаря… рису. Традиционно основным продуктом питания в Южной Корее был и остается рис, а выращивать его очень непросто – необходимо часто делать однообразные движения, подолгу пребывая не в самых легких условиях. Отсюда и терпение, и усердие, и способность не уставать от однообразия. Может быть, отсюда…

Однажды довелось мне писать репортаж про южнокорейское судостроение. Это сфера, которой корейцы заслуженного гордятся. Если кто не знает, то скажу, что Южная Корея в этой области является абсолютным лидером – по тоннажу и количеству спущенных на воду и строящихся судов, а также по количеству полученных заказов (данные на 2009 год).

Из десяти крупнейших в мире судостроительных компаний семь – южнокорейские, причем первые три места опять же за компаниями этой страны. Хотелось узнать, в чем заключается секрет такого успеха – технологии, грамотный менеджмент, а может, и еще что-то… Потому-то и напросился я на крупнейшую как в Корее, так и в мире судоверфь компании «Хендэ Хэви Индастриз» в городе Ульсане.

На мое счастье, мне в гиды попался один из директоров, который в свое время работал представителем этой компании в России и хорошо был знаком с нашими реалиями. Замечательно относясь к нашей стране, он в то же время прекрасно осознавал и все ее недостатки. Он сразу сказал, что Россия с Южной Корей в области строительства крупнотоннажных судов конкурировать не может.

И дело не столько в климате, упущенном моменте и прочих объективных причинах, сколько в наших национальных особенностях. «Создание тех же танкеров, контейнеровозов – дело не такое уж и сложное. Главное – отработать процесс, договориться о четком графике поставок с теми, кто подвозит комплектующие, – и вперед, клепай гигантские суда.

Но такая работа требует умения делать постоянно одно и то же, а главное – с неослабной дисциплиной. У русских это плохо получается, а вот у корейцев – в крови. У вас другое преимущество: вы умеете придумывать то, что не можем мы. Так что вам лучше создавать уникальные дорогие небольшие суда или узлы кораблей.

Понятие трудолюбие определить не так легко. Если это умение работать долго, то да, корейцы, бесспорно, трудолюбивы. Кстати, все исследования по поводу трудолюбия обычно основываются лишь на продолжительности работы. Чем больше ты работаешь, тем трудолюбивее. Определенное упрощение, конечно, – но как еще измерить, кто больше любит работу, а кто меньше?

Однако трудолюбие и эффективность работы – разные вещи. Об этом вам скажет любой сотрудник корейской компании. По неписаному правилу подчиненный не может покинуть рабочее место до тех пор, пока не уйдет главный начальник. В корейской компании – американская система рассадки сотрудников: все сидят в одной большой комнате, а персональное рабочее место отделено от остального помещения невысокими перегородками.

Про тех, кому нелегко

– А в рум-салон часто ходил?

– Ну один раз старшекурсники водили, но я через полчаса ушел – мне надо было к экзамену готовиться.

– Ну, а спиртное-то хоть пьешь или «всегда за рулем»?

– Пару рюмок выпить могу, но потом от алкоголя лицо сильно краснеет, и я быстро засыпаю.

– И как ты собрался с клиентами общаться? Какой из тебя бизнесмен? Значит так: тут недалеко от нашего здания есть гольф-клуб – чтобы во время обеда сходил и записался. Вечером покажешь членскую карточку. А «образование» по части спиртного и рум-салонов я на себя беру – сегодня вечером первый «урок»…

Такой занимательный разговор мне довелось услышать, когда в отдел по работе с клиентами одной крупной корейской фирмы пришел новый сотрудник и стал знакомиться со своим непосредственным начальником. Да уж, жизнь корейского бизнесмена нелегка. Помимо заключения всяких контрактов, маркетинга и составления отчетов надо еще многое уметь, в том числе и знать, как быстро найти общий язык с партнером или потенциальным клиентом.

Одним из самых распространенных и общепризнанных в Южной Корее способов быстрого сближения с незнакомым человеком является совместное распитие спиртного, которое по-корейски называется «суль». Про эту сторону корейской культуры более подробно будет написано в другом разделе, поэтому сейчас я лишь немного затрону данную тему.

Корейские бизнесмены, хотя это касается и бизнесменов многих других стран, одни из самых больших знатоков спиртного. Часто именно во время очередного тоста «за знакомство» заключаются контракты, урегулируются споры, налаживаются полезные деловые контакты. Кроме того, корейские фирмы широко известны своими традициями совместных возлияний – это один из способов сделать коллектив более сплоченным.

Пару раз в неделю тот или иной отдел отправляется в ресторан, а там сотрудники выпивают несколько бутылочек сочжу (корейская водка), лакируя все это пивом. Это весьма распространенный способ, помогающий улучшить взаимоотношения между сотрудниками, а также дать возможность пообщаться с коллегами в неформальной обстановке.

Хотя в последние годы молодежь все больше и больше стала задумываться о здоровье, и традиции еженедельных вечеринок постепенно уходят в прошлое, но жизнь корейского бизнесмена по-прежнему не обходится без «суля». Да что там говорить, корейский бизнесмен без «суля» – это что-то из области фантастики.

А к чему часто тянет подвыпившего мужчину? Конечно, к женскому полу. Так вот, в Южной Корее есть специальные заведения, способные удовлетворить тягу подвыпивших мужчин. Нет, это не то, что вы подумали, хотя и «ночные бабочки» в Стране утренней свежести тоже есть. Идут подвыпившие бизнесмены обычно в так называемые рум-салоны.

«Рум», как можно догадаться, произошел от английского слова room  – «комната». Иногда эти салоны называют коротко «рум» или «бизнес-клуб». Видите, основной контингент клиентов часто даже в названии отражен. Итак, вас сажают в комнату, где по периметру стоят мягкие, удобные диваны, а в центре – большой стол.

Вы заказываете выпивку и закуску. Из спиртного в таких местах, как правило, предлагают виски и пиво. Однако обязательно надо заказать именно виски, хоть и сдерут с вас за него в «румах» втридорога. А потом к вам выходят девушки, из которых вы выбираете приглянувшуюся, или же хозяева просто приводят красавиц по количеству клиентов.

Задача этих дам – наливать гостям спиртное, поддерживать при необходимости разговор, если возникла неловкая пауза в беседе; если они видят, что пришедшие и так не скучают друг с другом или тем более ведут деловые разговоры, то никогда не станут встревать в беседу, а будут ждать, пока к ним обратятся.

Могут девушек и попросить развлечь гостей – спеть или станцевать. Есть, конечно, рум-салоны, где за дополнительную плату вам организуют продолжение банкета в ближайшем мотеле, но это не распространенная практика. Наоборот, в самых дорогих и элитных рум-салонах, куда просто так с улицы не попадешь, интимные услуги категорически запрещены.

В Южной Корее подобные «бизнес-клубы» – это, по сути дела, места, где можно откровенно поговорить с важным клиентом о делах. Девушки же – просто антураж, красивый элемент интерьера, словно цветы в вазе, один из знаков того, что данное заведение посещают уважаемые и небедные гости. Часто бизнесмен сразу же после ужина ведет своих предполагаемых деловых партнеров, с которыми только-только познакомился, в рум-салон.

Кстати, русские бизнесмены часто говорили мне, что не понимают в этом плане корейцев. «Как это – заплатить такие деньги и ничего с девушками не сделать? – недоумевал один мой знакомый бизнесмен из Хабаровска. – Да за такие деньги, да у нас!..»

Все очень просто, у корейцев принципиально другой подход к рум-салонам, чем у наших соотечественников мог бы быть к подобным заведениям: там скорее дела делаются, условия контракта согласуются, с потенциальным деловым партнером получше знакомятся, отдыхают, наконец, а не дам выбирают для приятного времяпрепровождения.

Хотя, конечно, как уже было сказано, есть и такие «румы», но в самых престижных и дорогих хозяева стремятся в первую очередь создать благоприятную для делового и в то же время раскрепощенного общения обстановку. Естественно, что без алкоголя в «румах» не обходится. И здесь корейским бизнесменам без «суля» ну никак нельзя.

Другой, получивший широкое распространение в Южной Корее способ делового общения – совместная игра в гольф. Ударили по разу по мячу, а потом не спеша идете вместе и обсуждаете дела. Если раньше в Корее игра в гольф считалась прерогативой высших слоев общества, то в последние годы этот вид спорта становится все более и более доступным.

По крайней мере, площадок для игры в гольф в крупных городах Южной Кореи хоть отбавляй. Да и стоит месяц тренировок, включая уроки инструктора, не так уж много – около ста долларов. Многие фитнес-центры в Сеуле стали отказываться от бассейнов в пользу специальных тренажеров-экранов для гольфа. Спрос сейчас именно на это.

Хотя, конечно, для выезда на настоящее поле, да с полным набором клюшек, требуются деньги, и немалые. Дороговизна игры на полноценных полях во многом объясняется малой площадью страны: земли в Южной Корее немного, и она очень дорогая. Гольф сейчас в Южной Корее – это престижно. Если вы скажете, что играете на поле или хотя бы регулярно тренируетесь, то о вас будут думать как о человеке с достатком, знакомом с солидными, уважаемыми и полезными людьми.

В общем, игра в гольф для солидного бизнесмена сейчас такой же необходимый атрибут жизни, как хорошие часы или костюм. Сами же площадки для игры в гольф выполняют практически ту же функцию, что и рум-салоны: уважаемого клиента «выгулять» и в спокойной, с претензией на роскошь обстановке провести деловые переговоры.

Если уж мы затронули сферу жизни корейских бизнесменов, то еще раз скажем о переработках. Корейские бизнесмены, даже самые успешные и богатые, постоянно перерабатывают. Вы, наверное, уже поняли, что вряд ли найдется кореец, который станет настаивать на соблюдении трудового графика. Так что «рум», «суль», гольф, а еще и постоянные переработки – неотъемлемые части жизни корейского бизнесмена.

Кстати, распорядок дня в корейских компаниях и учреждения таков, что практически везде обед приходится на промежуток между двенадцатью и часом дня. Создается такое впечатление, что корейцами руководит какой-то первобытный инстинкт, когда они все встают и ровно в полдень отправляются на обед. Впрочем, жители Южной Кореи строго придерживаются обеденного графика не только на работе, но и дома.

«Стоит выйти на улицу в 12.05 – всё, считай, что места в ресторане не найдешь». Это утверждение верно: даже при всей многочисленности корейских ресторанов период с 12:00 до 12:40 самый напряженный, так как на обед отправляются сотрудники практически всех фирм и учреждений. Но как только время приблизится к часу дня, все рестораны, как по команде, резко опустеют, будто десять минут назад здесь не теснились десятки людей.

Отобедав, корейцы перемещаются в другие заведения, не менее многочисленные, чем рестораны, – местные кофейни. Кофе в Южной Корее, кстати, очень неплохой. Корейцы очень любят этот напиток, и хороших, уютных кафе здесь чрезвычайно много. Поэтому сразу после обеда, пока еще осталось полчаса свободного времени, все бегут в кофейни, и там появляются очереди.

Однако корейцы в целом пьют меньше, чем россияне. Наверное, сама природа не позволяет. Врачи говорят, что в крови у многих азиатов отсутствует фермент, который отвечает за расщепление алкоголя. По местным жителям чаще всего легко определить, выпили они или нет. У большинства лицо краснеет после одной-двух стопок. Это не значит, что они уже в стельку пьяные, просто такая вот физиологическая особенность.

Периодически встречались мне в Корее люди, которые действительно на физиологическом уровне не могли пить. Им сразу же становилось плохо, начинало тошнить. Однако, имея дело с корейцами, бесполезно ссылаться на непереносимость спиртного – окружающие сразу же начнут с авторитетным видом рассказывать «стопроцентный способ» преодолеть эту «болезнь».

рые непьющие находят выход из такой, казалось бы, непростой ситуации и избегают обвинений в «антиобщественности» благодаря тому, что закрепляют за собой должность «таксиста», то есть развозчика пьяных коллег по домам. Такой человек полезен, нужен, поэтому его заставлять пить не будут.

4. «Чэтхэкхы», или Будь финансово грамотным

Есть у корейцев такое слово «чэтхэкхы». Это еще один пример конглиша (то есть смеси корейского языка с английским), который прочно вошел в обыденную жизнь. «Чэ» – это первый слог слова «чэч-жон», то есть «финансы», а «тхэкхы» – переделанная на корейский манер первая часть английского слова techniqu e, то есть «техника».

Получается, что дословно «чэтхэкхы» означает «финансовая техника». Это понятие достаточно широкое и подразумевает под собой набор базовых знаний о финансах и экономике, которые применяют люди в обыденной жизни, позволяющий грамотно сбережения приумножить, на дом накопить, к пенсии подготовиться и т. п. По крайней мере, так происходит в теории.

«Чэтхэкхы» играет очень важную роль в жизни среднестатистического гражданина Южной Кореи, и это легко объяснить: по большому счету «чэтхэкхы» является своеобразным путеводителем в современном мире личных и семейных финансов. Придите в любой книжный магазин Кореи, и почти наверняка среди бестселлеров вы найдете пособия по освоению «финансовой техники».

Всю полученную информацию корейцы активно используют в повседневной жизни. Имея деньги, они не просто кладут их на банковский счет и ждут процентов. На самом деле существует множество вариантов капиталовложений, которыми активно пользуются жители Южной Кореи: они покупают различные инвестиционные паи, вкладывают деньги в покупку недвижимости, комбинируют различные вклады, распределяя по ним деньги, многие играют на бирже…

Одним из показателей финансового кризиса является резкое падение котировок на бирже ценных бумаг. Обвал рынков мало волнует подавляющее большинство россиян, так как в нашей стране с ними связаны единицы. В Корее же для многих это становится настоящей трагедией, ведь в Стране утренней свежести люди активно играют на бирже или использует различные финансовые инструменты, с ней связанные. Корейцы чрезвычайно внимательно следят за биржевыми котировками, пускай даже самыми общими.

Поговорите с корейцами

– и вы будете удивлены (по крайней мере, многие из вас) тем, как много ваши собеседники знают разнообразных способов приумножения капитала.

«Стандартный» кореец постоянно на что-то откладывает. У него, как минимум, четыре основные статьи расходов: пополнение специального счета, предназначенного для инвестирования в свое личное жилье, отчисления в пенсионный фонд, страхование здоровья и жизни и накопление денег, которые будут потрачены на образование детей.

Заметьте, это самый минимум, без которого немыслима жизнь любого обывателя. Сюда можно добавить накопление денег на приданое неженатым детям, вложения в специальные ПИФы (паевые инвестиционные фонды), игру на бирже и т. д. Причем, как уже говорилось ранее, корейцы не только держат деньги на банковских счетах, многие из них свободно оперируют различными финансовыми инструментами, помогающими приумножить накопленный капитал.

Начала девушка после вуза работать – сразу же пойдет и откроет специальный накопительный счет, чтобы на пенсии денег хватало (и это помимо официальных отчислений, которые по закону делает в пенсионный фонд ее работодатель). Родился ребенок – на него откроют долгосрочный счет, на который будут класть в месяц по тридцать – семьдесят долларов.

Короче говоря, «чэтхэкхы» учит корейцев долгосрочному финансовому планированию и дисциплине. Вся общая обстановка, весь информационный фон в стране пропитан своеобразным посланием «чэтхэкхы»: «Учитесь финансовой грамоте, не откладывайте решение ваших финансовых проблем на потом, готовьтесь к пенсии с молодости».

И корейцы послушно покупают пособия по «чэт-хэкхы», а потом уже более-менее осознанно выбирают наиболее подходящие им схемы инвестирования и «организации» сбережений. Когда корейцы встречаются друг с другом, то часто разговор крутится именно вокруг «чэтхэкхы»: куда лучше вложить деньги, где более выгодные условия, какие появились новые возможности и прочее и прочее.

Обо всем этом говорят не только профессиональные финансисты и экономисты, но и рядовые граждане. «Чэтхэкхы» является распространенным среди всех корейцев явлением. Даже самую небольшую сумму по возможности пытаются вложить, чтобы она либо сейчас, либо в перспективе принесла доход. Достаточно разумный и оправданный подход, хотя следовать ему нелегко.

Один мой хороший друг-кореец, имеющий семью с двумя детьми, иногда жаловался на то, что ему не хватает денег, хотя зарабатывал он около пяти тысяч долларов в месяц. Правда, жена его не работала. Я однажды поинтересовался, куда он девает деньги, ведь в пристрастии к роскошной жизни его обвинить было нельзя.

Тогда-то он и объяснил мне финансовую политику обыкновенного корейского служащего, когда и туда отчисли, и сюда отложи денежку, и о будущем подумай. «А иначе нельзя, если я хочу, чтобы мои дети учились, а я через пару лет пенсионной жизни не остался бы с пустым кошельком», – пояснил он и передал мне пособие «Основы чэтхэкхы».

Конечно, южнокорейскую экономику меньше лихорадит, чем нашу, банки там более стабильные, на бирже играть можно с большей уверенностью, а также откладывать на счета, не боясь, что в один день правительство устроит деноминацию или объявит о дефолте. Все это способствует распространению «чэтхэкхы». Рано или поздно и мы придем к тому, что финансовая грамотность будет таким же обязательным условием обыденной жизни, как и знание основ правил дорожного движения.

5. Дают ли в Корее «на лапу»?

Россию только ленивый не обвиняет в коррумпированности. А вот как с этой непростой проблемой обстоят дела в Южной Корее?

Однозначный ответ дать непросто. С одной стороны, в ежегодных рейтингах международной организации «Транспэренси интернешнл» Южная Корея хотя и занимает все более высокие строчки в списке наименее коррумпированных стран мира, однако по-прежнему находится не в первом и даже не во втором десятке. С другой стороны, на бытовом уровне сложившаяся ситуация особо не ощущается.

Удалью своего антикоррупционного прорыва Южная Корея уже лет пятнадцать продолжает удивлять мир. Началось все с «дела президентов», которое потрясло страну в 1995 году. Первый после долгих лет правления генералов гражданский президент Южной Кореи Ким Ен Сам начал решительную борьбу с этим общественным злом.

Полетели головы всех чиновников, так или иначе пойманных на коррупции. Судите сами: два экс-президента, которые управляли страной до Ким Ен Сама, были осуждены за коррупцию и приговорены к высшей мере. Ее потом, конечно, заменили тюремным сроком, а через несколько лет экс-президентов помиловали, но показателен сам факт.

Более того, до сих пор ни один из бывших президентов страны лично не был замешан в коррупции. А вот у того же Ким Ен Сама за взятки и злоупотребление властью посадили сына. Сменившего его на посту Ким Дэ Чжуна постигла та же участь, с той лишь разницей, что за решеткой оказались двое его сыновей. При этом прошу учесть, что сыновей глав государства допрашивали и отправляли в тюрьму в то время, когда их папы были президентами.

Казалось бы, с приходом к власти выходца из народа Но Му Хена ситуация должна была измениться. Тем более что он объявил крестовый поход против коррупции и не выгораживал даже своих ближайших соратников, если на них падала хотя бы тень подозрения. И что же? Как только Но ушел с поста, в отношении его началось расследование, в результате которого посадили его старшего брата.

В коррупционном скандале оказались замешаны жена бывшего президента и его ближайшие родственники. Экс-президент не выдержал давления и в мае 2009 года свел счеты с жизнью, бросившись со скалы. Честно говоря, вся эта история попахивала банальным политическим возмездием, организованным оппонентам новым правительством, да и суммы, в присвоении которых обвиняли родственников президента, были не такими уж большими.

И тем не менее… В отношении президента Ли Мен Бака, который пришел к власти в конце 2007 года, накануне выборов тоже возникли вопросы. Правда, прокуратура, помучавшись, в конце концов заявила, что ничего существенного не нашла. С другой стороны, оппоненты действующего президента настаивают на обвинении в коррупции и предлагают подождать окончания срока правления.

в политических кругах, следственных органах, правительстве, бизнесе, СМИ. Именно за это они и поплатились. С огромными трудностями, преодолевая стойкое сопротивление, постоянно сталкиваясь со вставлявшими им палки в колеса людьми, но следователи добились своего – все высшие руководители конгломерата, включая легендарного Ли Гон Хи, ушли со своих постов и были приговорены к различным мерам наказания. Может, приговоры были и не такие уж и суровые, но они же были!

Еще по теме  По законам военного Йемена – Деньги – Коммерсантъ

Коррупционные скандалы стали уже чуть ли не обыденностью в Южной Корее. С одной стороны, они выявляют проблему – коррупция в стране все же есть. С другой – очевидно: если возникнет какое-то подозрение, даже незначительное, то под давлением оппозиции и общественного мнения расследование, скорее всего, будет доведено до конца.

Очень сильно в деле борьбы с коррупцией помогает получивший широкое распространение Интернет, которым корейцы активно пользуются: рядовые граждане привыкли с его помощью высказывать свою точку зрения, а власти очень чувствительны к тому, что говорят о них на форумах. Неплохо зарекомендовал себя и институт независимого следователя, чья кандидатура назначается парламентом и кто, получив соответствующие полномочия, выходит из-под контроля властей.

Как правило, независимыми следователями назначают тех людей, в кристальной честности которых ни у кого не возникает сомнений и чья репутация – лучшая гарантия беспристрастности. Надавить на такого человека побоится любой, даже президент. В худшем случае массовые демонстрации просто сметут режим: корейцы хорошо помнят, как ежедневными протестами они добились демократизации страны. Они уже не раз доказывали, что при необходимости готовы опять показать силу народного негодования.

Выявив факты повсеместной коррупции в большой политике, в Корее в итоге ввели жесточайшие правила для политиков. Покормил кого-то в ходе предвыборной гонки – это незаконный подкуп избирателей. Если суд признает виновным и оштрафует на миллион (всего лишь девятьсот долларов) вон, то результаты выборов аннулируются. В последние годы в этом плане в Южной Корее произошли большие перемены в сторону открытости, прозрачности и неподкупности.

Сейчас в Корее практически справились со взятками, даваемыми инспекторам транспортной полиции. Ранее эта широко распространенная в России проблема была бичом и Южной Кореи, но теперь попытаться сунуть офицеру деньги может только очень рисковый человек. Я, правда, слышал, что иногда, в случае, если одинокий инспектор ловит за рулем подвыпившего водителя, последний может попытаться откупиться. Но все это лишь слухи – не более.

Правда, некоторые бизнесмены, особенно те, кто занимается строительством, говорят, что практика «откатов» и «подмасливаний» еще не исчерпала себя, однако на бытовом уровне это не особо ощущается. Находящиеся на мало-мальски ответственных постах корейцы опасаются брать даже незначительные подарки. Если стоимость угощения, которым попотчевали чиновника, составила более тридцати тысяч вон (двадцать семь долларов), то это уже квалифицируется как взятка. А что такое двадцать семь долларов для Кореи? Неплохой обед, но не более того, отнюдь не шикарное угощение с семгой и балычком…

Мне запомнился один скандал с директором Налоговой службы Кореи. Чиновника в итоге признали виновным в коррупции и злоупотреблении служебными полномочиями, оштрафовали, и он даже, если не ошибаюсь, сколько-то просидел в тюрьме. Провинился он в том, что создал у себя «секретный фонд», который тратил – нет, не на «дачу» на Канарах – на то, что выдавал повышенные суммы на представительские расходы своим подчиненным. Зачем?

Чтобы те, когда по работе вынуждены были общаться с крупными бизнесменами, чувствовали себя независимыми и могли, не стесняясь, идти в дорогие рестораны, куда их приглашали. Там налоговики платили за себя сами из этого самого «директорского фонда». Конечно, в какой-то мере и директор Налоговой службы поступил несколько вольно, но себе, как выяснилось, он ни копейки не взял, тратя «серые» средства на то, чтобы защитить подчиненных от соблазна коррупции.

А ситуации, когда офицер полиции или чиновник со скромной ведомственной зарплатой ездит на шикарном «мерседесе» либо имеет дом стоимостью в миллион долларов, как часто бывает в России, в Южной Корее просто немыслимы. Теоретически, конечно, возможны, но на практике к такому деятелю очень скоро придут вежливые, но непреклонные сотрудники налоговой и прокуратуры и быстро потребуют отчет: откуда появилось «такое счастье»? В общем, есть чему нам поучиться у корейцев, хотя и им еще очень далеко до идеала.

У вас стресс? Для этого у нас сочжу!

Заявления весьма интересные, учитывая, что слышать их приходилось весьма часто. Однако подозреваю, что большую роль в ощущении подобной близости сыграло схожее отношение к спиртному у россиян и корейцев.

Да, спиртное в Корее – это чуть ли не лучший способ познакомиться получше и даже подружиться, разрешить конфликты, выговориться, расставить все точки над «i» в отношениях, а также решить очень многие служебные вопросы.

Ничто так не сближает, особенно мужчин, как вечер с водкой, когда допиваешься до полуобморочного состояния. А уж если потом на следующее утро начать выяснять, кто что помнит, хохотать друг над другом, вместе морщиться от головной боли и угощать друг друга минералкой и таблетками типа «Алка-Зельтцер» – ну как после этого не стать закадычными друзьями?!

Действительно, говоря объективно, корейцы выпивают достаточно много. Не скажу, что количество потребляемого ими спиртного совсем уж нечеловеческое, но алкоголь они употребляют часто, по поводу и без оного, просто так, «потому что пятница»… Вполне может быть, что для такого жестко иерархиезированного и структурированного общества, как корейское, это способ избежать стресса от многочисленных правил, запретов, традиций и условностей, которые всегда надо строго соблюдать.

Однако русских, как правило, поражает в Корее значительное количество употребляющих спиртное женщин. Отношение у них к этому процессу какое-то иное. И речь здесь не об алкоголизме как болезни, а о возможности активно поучаствовать в возлияниях, которые в России в целом считаются прерогативой мужчин.

Периодически на улицах можно видеть интеллигентного вида студенток, которым «плохо» из-за выпитого спиртного. Что ж, дело житейское, пошла с сокурсниками и немножко больше, чем надо, выпила. Совершенно нормальной считается ситуация, когда в бар или ресторан впархивает чисто женская компания из пяти-шести девушек и давай под горячее заказывать не вино или коктейли, а именно корейскую водку сочжу.

В пивных барах можно нередко увидеть группы представительниц прекрасного пола, которые сидят с тем же пивом и сосисками и ведут оживленные разговоры. Прямо как мужчины. У нас в барах чисто женские компании встретишь не так часто, в основном дамы ходят в сопровождении мужчин. А чтобы пришли исключительно девушки и стали водку вместе уничтожать – как-то редко такое бывает.

У корейцев же это явление обыденное, хотя, конечно, и там объемы спиртного, принимаемого дамами, гораздо меньше, чем мужские «нормы». Правда, с другой стороны, периодически доводилось слышать, когда о девушке говорят: «Она действительно умеет хорошо и много пить». И это практически комплимент. Девушка после такого обычно, прикрыв рот, смущенно смеется, но ничуть не обижается. Такой вот интересный нюанс.

Пить много – плохо, но куда же без этого?!

Вообще спиртное по-корейски обозначается словом «суль». В это понятие входит и местная брага, и водка, и пиво – в общем, любой алкоголь. Кстати, наша русская водка корейцам не очень нравится. Говорят, что крепковата, да и пахнет «как-то не так». Пьют же они в первую очередь свою рисовую водку, носящую название «сочжу».

Это, если можно сказать, «лицо» корейской алкогольной промышленности. Если в России водка, то в Южной Корее – сочжу. Напиток этот бывает крепостью и в сорок градусов, но это исключение, лишь отдельные – и, кстати, дорогие – сорта. А так подавляющее большинство сочжу выпускается крепостью около двадцати градусов, причем с годами крепость постепенно снижается. Сейчас выпускают сочжу уже меньше двадцати градусов – восемнадцать «с копейками». Говорят, что так о здоровье заботятся.

Конечно, распространено и очень любимо в Южной Корее пиво, в основном свое. Кстати, весьма качественное. Общаясь с коллегами-востоковедами, я заметил, что практически все хвалят пиво своей страны пребывания – Японии, Кореи, Китая, Индонезии, Таиланда, – в общем, у всех оно достойное. Действительно, умеют азиаты варить этот напиток. Чаще всего, кстати, встречаются легкие сорта светлого пива.

Меньше, чем сочжу, корейцы пьют рисовую брагу – макколли, которая имеет славу истинно корейского, традиционного крестьянского

напитка. Градус у нее невысокий, но впечатление легкости напитка обманчиво – по голове «дает» быстро. В определенных ситуациях корейцы предпочитают именно мак-колли. Например, почему-то во время походов в горы: сядут на привале, выложат свои запасы и опрокинут станканчик-другой бражки. Встречались мне и иностранцы, которые стали большими любителями именно макколли. Даже просили присылать им ее потом из Кореи.

Далее в списке предпочтения корейцев идет виски. Да, они употребляют этот напиток. Причем, чем дороже виски, тем больше шансов, что импортером будут именно южнокорейские компании. Так, если брать объемы импорта виски в мире, то Южная Корея стоит на почетном пятом-шестом месте, а по импорту дорогого тридцатилетнего «Баллантайнза» – на втором.

В последние годы популярность стремительно стало приобретать вино. Ранее оно было очень нетипичным для корейского стола, но в 2008 году по сумме проданной продукции (но, правда, не по объему) уже превысило объемы продаж сочжу.

Если перейти к цифрам, то статистика следующая. В среднем один взрослый кореец (данные на 2008 год) выпивает за год девяносто три стандартные 360-миллилитровые бутылки сочжу, сто девятнадцать полулитровых бутылок пива, немногим более двух бутылок красного вина и примерно треть условной (750 мл) бутылки виски.

Нельзя сказать, что корейцы не знают о вреде чрезмерного потребления алкоголя. Периодически в газетах и по телевидению даже приводят соответствующую статистику. Кстати, по данным Всемирной организации здравоохранения, Южная Корея один год была на первом месте в мире (и до сих пор остается в авангарде) по смертности от болезней печени, вызванных чрезмерным потреблением спиртного. Все это знают, говорят, что пить не очень хорошо, но одновременно считают, что деваться все равно некуда. Как без этого?

Корею традиционно называют мононациональной страной. Действительно, западноевропейская или американская ситуация, когда только по внешности вы не сможете определить, иностранец перед вами или нет, корейцам незнакома. Темнокожие и белые гости зарубежных стран издалека бросаются в глаза в толпе корейцев, где у всех черные волосы, карие глаза и азиатский тип лица.

Часто иностранцы, завидев в однородной массе корейцев человека с европейскими чертами лица – и не важно, уроженцем какой страны он является, – радуются ему так, словно встретили соотечественника. Последние несколько десятков лет в Южной Корее было одно и очень незначительное (двадцать – двадцать пять тысяч человек) национальное меньшинство – китайцы. И то, как можно догадаться, в глаза они особо не бросались, так как часто отличить китайца от корейца с первого взгляда невозможно.

Однако времена меняются. В последние несколько лет Южная Корея столкнулась с крайне необычной для себя ситуацией – постепенно выходцев из других стран, решивших осесть в Республике Корея, становится все больше. Согласно статистике, количество долгое время проживающих в стране иностранцев (то есть туристы в расчет не берутся) уже превысило миллион, а это с учетом почти пятидесятимиллионного населения страны означает два процента от общей численности.

Корейская история знает времена, когда иностранное присутствие в стране было значительным. Например, в тот же период японской оккупации полуострова с 1910 по 1945 год в Сеуле четверть населения составляли представители Страны восходящего солнца. Однако после освобождения корейцы быстро выдавили чужаков, сильно подсократили китайскую колонию и остались в привычном для себя мононациональном окружении.

Теперь же ситуация принципиально иная. Да, среди официально зарегистрированного миллиона иностранцев значительна доля тех, кто рано или поздно покинет Республику: это представители транснациональных корпораций, солдаты и члены их семей из расквартированного в Корее американского военного контингента, преподаватели английского языка, приехавшие за длинной и легкой воной[1], иностранные рабочие из стран «третьего мира».

Корея превращается в многонациональное общество в основном благодаря женщинам, выходящим замуж за местных жителей. Среди иностранок доминируют представительницы Вьетнама, Индонезии, Камбоджи и прочих стран Юго-Восточной Азии, а также Китая.

С середины 1990-х годов в Корее сложилась достаточно сложная демографическая ситуация. Так как на протяжении всей своей истории корейцы традиционно отдавали предпочтение сыновьям (особенно в сельской местности), в данный момент наблюдается значительный – до 10 % – дисбаланс в пользу мужчин. Многие корейцы мне говорили, что тенденцию очень хорошо можно проследить, если присмотреться к начальным классам школы, где мальчики и девочки учатся вместе и их рассаживают смешанными парами. Для некоторых ребят пары уже не находится.

Проблема в итоге стала весьма серьезной, так как значительная часть корейских мужчин не в состоянии найти себе спутницу жизни. Особенно остро она встает перед жителями сельских районов, где исторически, как уже было сказано выше, особое предпочтение отдавалось сыновьям. К тому же современные кореянки отнюдь не горят желанием работать на полях.

Вот и поехали молодые парни из корейской деревни за границу – искать свою половинку. Тут же появились многочисленные компании, которые обещали «красивых и покладистых жен из Вьетнама, Камбоджи, Китая и т. д.». Часто в современной корейской деревне на стенах домов можно увидеть рекламы «туров за женами». Некоторые корейские мужчины, кстати, добирались и до бывших республик Средней Азии.

Большинству девушек из стран «третьего мира» не привыкать работать в поле, тем более что, выйдя замуж за корейцев, они получают возможность помогать родственникам. Корейцы мужчины получают же свою ненаглядную, которой не нашлось среди соотечественниц. Да, далеко не всегда все идет гладко: взаимоотношения между супругами, когда кореец фактически покупает себе жену, время от времени далеки от идеальных – например, невестка не всегда находит общий язык со свекровью из-за элементарного незнания корейского языка.

Однако и по сей день браки корейцев с белыми или темнокожими женщинами крайне редки – это скорее исключение, чем устоявшаяся практика. Да и проблемы у детей, родившихся в таких браках, на бытовом уровне возникают серьезные. Легко догадаться, что ребенок корейца и вьетнамки будет меньше выделяться в группе корейских ребят, чем тот, у кого папа кореец, а мама, допустим, немка.

Однако все равно Южная Корея уже вступила на путь многонационального общества. Конечно, среди вливающихся в корейское общество иностранцев, скорее всего, всегда будут доминировать именно азиаты, но важен сам факт – корейцы стали принимать в свои ряды представителей других культур в массовом порядке.

По местному радио и телевидению, а также посредством газет госструктуры уже начали активную пропаганду, целью которой является насаждение в массы идеи, что Корея становится многонациональным обществом и принимать в свои ряды надо выходцев из любой страны. Корейцем может быть любой вне зависимости от внешности и цвета кожи.

Да и отношение самих корейцев к иностранцам постепенно меняется. Когда я приехал в первый раз в Корею в 1994 году, многие люди на улицах откровенно пялились на меня. Теперь же, по крайней мере в крупных городах, как правило, на меня и внимания-то не обращают – ну иностранец, и ладно. В деревнях и провинции, конечно, этот процесс пока идет медленнее, что, впрочем, объяснимо.

Среди иностранцев, долго живущих в РК, значительную долю составляют иностранные рабочие из небогатых стран, таких как Бангладеш, Непал, Индия, Китай, есть и представители республик Средней Азии. Однако они, хотя и достаточно часто встречаются на улицах, не являются, тем не менее, движущей силой, которая заставляет корейцев стать более восприимчивыми к вливанию иностранной крови.

Таких рабочих корейское правительство рано или поздно отправляет на родину, даже несмотря на желание многих из них получить корейское гражданство. Нет, враждебности к иностранным рабочим в Корее на бытовом уровне не испытывают, так как они занимаются низкооплачиваемой работой, на которую никогда не пойдет кореец.

Не хочу, но надо

В целом в Южной Корее к выпивке относятся с пониманием и согласны, что бизнес, а также прочие виды деятельности трудно успешно (но и неуспешно тоже) реализовывать без регулярных возлияний. Чтобы вписаться в корейский коллектив и в нем работать, надо уметь пить и периодически принимать участие в соответствующих мероприятиях, порою затягивающихся допоздна, до состояния «закончившейся пленки» (так образно корейцы называют ситуацию, когда человек напился до такой степени, что наутро ничего не помнит).

Несколько лет назад в Корее был скандал. Вдова замминистра, который скончался от сердечного приступа, подала в суд на правительство страны с требованием выплатить компенсацию за смерть мужа. Оказалось, чиновнику приходилось часто и помногу выпивать на всяких мероприятиях. Не знаю, правда это или нет, но в качестве примера тяжелой работы замминистра привели его поездку в Россию.

Там, как говорят, корейцы долго чего-то просили, наши отказывались это сделать. В итоге российский представитель и корейский замминистра уединились в кабинете и проводили «консультации» до пяти утра следующего дня. За разговором как-то незаметно были опустошены несколько бутылок водки и виски, и соглашение все же было подписано. В итоге признали, что чиновник на работе горел, и вдове выплатили компенсацию.

Мне, честно говоря, трудно назвать сферу деятельности в Корее, где в той или иной мере не требуется умения пить. Бизнесмены – само собой, военные – конечно, студенты – а куда деваться, профессора и преподаватели – естественно, журналисты – лучше и не говорить, госслужба – ну а как еще коллектив сплотить?!

Учитывая такой подход, в корейском Интернете хватает сайтов, где учат правильно пить. Либо помогают тем, кто по физиологическим причинам не переносит алкоголь, избавиться от этого «недостатка».

Активное потребление алкоголя у корейцев начинается со студенческой скамьи. Особенно этим славится третий по популярности в стране университет Корё, расположенный в Сеуле. Как только появились первокурсники, которых надо принять в коллектив, так в любом вузе в той или иной форме происходит обряд посвящения.

Несколько раз на моей памяти у таких вечеринок были и трагические последствия. Некоторые студенты не выдерживали обильных возлияний и умирали. В Сеульском госуниверситете был случай, когда на студенческом фестивале пьяный первокурсник упал в пруд, где глубина не превышает метра. Его полез спасать еще более пьяный старшекурсник и сам утонул. После этого власти стали вести серьезную пропаганду против чрезмерного потребления спиртного, но вот насколько все это эффективно – другой вопрос.

Однако и после поступления в вуз поводов выпить хоть отбавляй: совместные поездки в горы, сдача экзаменов, выездные семинары, да и просто так, по случаю.

как только пятница – все, как один, отправляются в бар. Его содержал выпускник СГУ, который когда-то тоже в эту секцию ходил, поэтому нам делали скидку процентов в пятьдесят – семьдесят. Я один раз ехидно поинтересовался, попал я в секцию тэквондо или под ней хитро маскируется кружок любителей спиртного.

В секции футбола наблюдалась схожая картина. Вот только на стрельбе выпивку не приветствовали, потому что руки после застолий так дрожали, что и думать было нечего попасть в мишень. А так как секция стрельбы СГУ была чемпионом среди университетских любительских команд, то в жертву спортивным успехам приносили спиртное.

Периодически доводилось мне сталкиваться и с совсем дикими традициями. В уже упомянутом университете Корё долгое время бытовал обычай, согласно которому первокурсники на церемонии посвящения должны были выпить залпом двух-, трехлитровый тазик с бражкой макколли. Когда проводились соревнования среди вузовских команд по тэквондо, один коллега из другого университета сказал, что вступление в секцию сопровождалось выпиванием сочжу, которую наливали в используемую на тренировках обувь. У нас в СГУ, похоже, все было еще относительно демократично.

После окончания университета бывший студент попадает в какую-нибудь фирму. Там пить могут еще больше и еще чаще. Если в вузе хотя бы иногда можно было отвертеться от застолья под предлогом учебы, то на фирме это сделать крайне тяжело. Многое зависит от непосредственного начальника. Если босс любит выпить, то подчиненным придется непросто, а если не очень, то можно и вздохнуть с облегчением. Нередко мне доводилось слышать жалобы, что у кого-то из бывших однокашников после работы в неделю бывает не менее трех-четырех застолий.

Период перед обычным (не восточным) Новым годом является кульминацией всеобщих застолий. Всякие коллективы – землячества, коллеги, бывшие однокашники и т. п. – считают своим долгом обязательно устроить до Нового года вечеринку. Что-то типа проводов старого и встречи нового. В результате получается, что в среднем кореец посещает в предпраздничные дни четыре-пять застолий.

Спиртное в это время льется рекой, и все понимают, что «надо», хотя и «не хочу». Ну как же Новый год не встретить с корешами по фотокружку, а еще с друганами по вузу, а там еще в фирме корпоративчик и т. п. Мне знакомы люди, которые специально напрашивались в зарубежные командировки, брали отпуска, один даже в монастырь на две недели ушел, лишь бы избежать предновогоднего безумства.

В последнее время, конечно, в плане спиртного становится полегче. Люди начали больше думать о здоровье, количество вечеринок на фирмах сокращается, но все равно совместная выпивка – это неотъемлемая черта корейского коллектива, без которой невозможно его нормальное функционирование. Вообще же в корейском коллективе легко прослыть белой вороной и заслужить славу человека, игнорирующего общество, если будешь наотрез отказываться пить и принимать участие в вечеринках.

Отработанные маршруты

Когда корейцы дружной, сплоченной толпой идут на вечеринку, то они не склонны оседать в одном и том же месте, а постоянно кочуют по заведениям. Обычно все это выглядит следующим образом. Застолья проводятся после работы, то есть вечером, поэтому отправляются сначала в ресторан ужинать. Корейцы очень любят жареное мясо.

Все знают, что на «понижение играть нельзя», но все равно бредут за пивом. Вроде как чтобы не напиваться – пиво, мол, легкое, – хотя все прекрасно знают, что на следующий день после такого коктейля головная боль гарантирована. Выпившая пива компания уже неплохо разогрета и отправляется в бар, где на сцену выплывает благородный виски.

Устроив там борьбу с зеленым змием, перемещаются либо в караоке-бар (по-корейски «норэбан»), либо в массажный салон – в зависимости от финансовых возможностей и предпочтений. Вот так протекает корейская корпоративная вечеринка. Для каждого этапа, кстати, есть свои названия: «иль-чха», «и-чха», «сам-чха» и «са-чха».

Первый слог означает цифры, соответственно один – два – три – четыре, а второй («чха») – что-то вроде «заход». Все логично: первый заход, второй заход и т. д. Здесь, конечно, описан такой ударный, но отнюдь не экстраординарный корпоративчик. Кто-то может попытаться после очередного захода отколоться, иногда могут сократить число намеченных к посещению мест и т. д., но общепринятая схема именно такая.

Не скажу, что корейцы отдыхают так каждый день, но то, что они кочуют от одного места к другому, совершенно точно. У нас же, как правило, сядут в одном месте и там будут пить до победного, а вот в Корее больше принято осчастливить своим присутствием сразу несколько заведений. В первом месте, как правило, платит босс, а потом уже начинается коллективное творчество.

Кстати, на заметку. В Корее наливать себе не принято, это должен сделать кто-то другой. Стопка всегда должна быть на весу, а не на столе (как принято в России). Если наливаете человеку, с которым на «вы», то держите бутылку двумя руками. Если он вам наливает, держите стопку тоже двумя руками или второй рукой как бы поддерживайте ту, в которой стопка. Все это – обязательные знаки уважения. Есть ряд и других тонкостей, но это, пожалуй, главные.

Корейцам прекрасно знаком наш знаменитый «ерш». Вообще они сделали из смешивания алкогольных напитков целую науку и возвели ее чуть ли не в ранг искусства. Стандартный корейский «ерш» (называется он там «пхоктханчжу» и переводится как что-то вроде «спиртное-бомба» или просто «пхок-тхан» – «бомба») представляет собой стакан с пивом, куда опускают стопку сочжу.

Это «народный пхок-тхан». Если же средства позволяют, то вместо сочжу опускают стопку виски. Сколько наливать пива, как опускать в стакан стопку с более крепким спиртным и как она должна опускаться (обязательно немного продержаться на поверхности, а потом сама – без посторонней помощи – пойти на дно), как подавать коктейль – на все есть свои собственные правила.

Если уж начать разбираться, то «бомба» бывает «ядерной», «водородной»… да много еще какой! Все зависит от сочетания ингредиентов – что берется за основу и что добавляется в отдельной стопке. Есть особые мастера, которые вам расскажут обо всех тонкостях приготовления коктейля и все покажут, если только до конца лекции вам удастся сохранить ясное сознание.

Кстати, мне однажды попалось объявление о наборе на курсы составителей «пхоктханчжу». «Если оно правильно сделано, то почет и уважение коллег и начальства гарантированы!» – говорилось в рекламе. В общем, целая это наука.

Корейцев сильно интересуют наши российские «ерши». Начните рассказывать им и про обычный «ерш», и про «белого медведя», и про «ушедшего белого медведя», и про «удар копытом» – более благодарных слушателей, чем корейцы, вы вряд ли найдете. Опять же скажут, что русские и корейцы – очень похожи, лишнее подтверждение чему эти самые «ерши-бомбы».

Оцените статью
Путешествия
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных и принимаю политику конфиденциальности.